Илья Бройдо
       > НА ГЛАВНУЮ > АВТОРЫ ДОМЕНА > АВТОРЫ ХРОНОСА >

ссылка на XPOHOC

Илья Бройдо

1933- 2002

АВТОРЫ ДОМЕНА


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
ФОРУМ ХРОНОСА
НОВОСТИ ХРОНОСА
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
1937-й и другие годы

Илья Бройдо.

БРОЙДО Илья Матвеевич (1933- 2002), Заслуженный художник РФ  В 1951 г. поступил в МВХПУ (б. Строгановское), на отделении монументально-декоративной живописи. Учился у В. П. Комарденкова, Н. Л. Белянина, Н. Х. Максимова, С. В. Герасимова, В. И. Козлинского, Г. И. Опрышко. По окончании «Строгановки» в 1958 году поступил на работу в Комбинат Монументально-Декоративного Искусства, где проработал много лет, оформляя общественные здания монументально-декоративными композициями в различных техниках и материалах.

Биография с сайта www.broido.monumental-art.ru


Автопортрет. 2002 г.

Жил-был Художник один

Домик имел и холсты. Впрочем, холсты – лирические пейзажи и портреты - он писал в основном для души. А на жизнь зарабатывал как художник-монументалист: делал витражи, мозаики, рельефы – звонкие и яркие, наряжающие в праздник убогие коробки типовых зданий. Крепкий, признанный мастер, он, в общем-то, был вполне успешным оптимистом. Насколько в России ХХ века мог быть успешным и оптимистичным сирота, беспартийный, еврей.

А потом в стране начался капитальный ремонт и его радостный талант оказался ненужным.

Он сравнивал свое поколение с обитателями зоопарка, которых некие благодетели вышвырнули из клеток, не потрудившись обучить, как жить на воле. И даже как сопротивляться, тоже толком никто не знал. Году в восемьдесят восьмом Художник в первый и последний раз решил выйти на демонстрацию – звали на защиту Культуры.

- Ты опытный человек, сделай мне плакат-бутерброд, - попросил он.

- Может, не стоит, - засомневалась я, опытная, - еще «демократизатором» достанут.

Тогда он вспомнил сказку, которую рассказывал своим детям: о двух лягушках, угодивших в крынку с молоком - одна сдалась и утонула, а другая барахталась изо всех сил, пока не сбила масло. И Художник решил барахтаться. В конце концов, он и вправду крепко владел своим ремеслом.

Можно было вернуться к лирическим пейзажам или вообще начать лепить нечто модное и конвертируемое – свечечки и березки. Но он, мужчина, глава семьи, переживший пытку ненужностью, выбрал тесные врата. На его новых холстах ожила новая Россия - Россия конца века и тысячелетия - сбитая с толку, горькая, но пронзительно родная.   

Загаженный Арбат, оскверненный символ шестидесятников: наглые купчики и выставленные на продажу женщины и знамена – «Свободная торговля».

Оборванная Мать со спящим – или мертвым? – Сыном на заплеванном полу подземного перехода  – «Нищая».

Летящий над баррикадой Белый Лебедь в балетной пачке, ожесточенные люди и бумажная иконка у горки мелких подмосковных яблок –  «19 августа 1991. Яблочный Спас».

Дом - корабль с обугленным парусом, на асфальте багровая лужа и человеческий силуэт мелом  – «Расстрел Белого Дома».

Дюжие омоновцы в серебристых шлемах-сферах волокут худенького парнишку с обрывком красного в руках – «Расправа». По дате – 1986 год – понятно: расправляются с демократом.

Вновь марсианские шлемы и демонстранты, под ногами обрывки красного: «С праздником, дорогие товарищи!». Это «Первомай 93-го года» - расправляются с коммунистами.

Окровавленная плоть арбуза, всаженные в столешницу угрюмые черные ножи, груда черных плодов – голов? - «Тревожная осень 92 года».

Я думаю, что сначала Художник просто защищался от хаоса. И брошенный им вызов был попыткой удержать равновесие. Но тут произошло нечто столь же удивительное, сколь закономерное. Мастер не просто стал писать про другое – вновь обретая смысл жизни и уверенность в себе, он стал писать по-другому: с сумасшедшей энергетикой, ярко, мощно, дерзко. Настолько по-другому, что прошлые работы, казалось, принадлежат не ему. Пригвождая к полотну свое собственное видение мира, он заговорил на языке, понятном каждому – языке искусства. Его образы яростно проламывали холст, притягивали и тревожили, даруя зрителю чувство сопричастности.   

Мне кажется, я понимаю, чем Художник заслужил этот потрясающий дар. Просто для него не существовало понятия - «чужая беда». И великая сила его со-чувствия оборачивалась подлинным чувством: он сражался вместе с пожарными Чернобыля, захлебывался, уходя на дно с «Адмиралом Нахимовым», горел с пассажирами злополучных поездов 211 и 212, стоял плечом к плечу с непримиримой оппозицией. А потом рассказывал об этом – так правдиво, как может только переживший.

Потом была Чечня. Художнику, чье детство совпало с той, Великой войной, был ненавистен кураж подонков с автоматами, глумление над беззащитными, горькое слово «заложник». Без лишних слов и объявлений он начал свой личный крестовый поход: вставал каждый день на рассвете и брал кисти, чтобы рассказать о пережитой им еще одной чужой беде.   

На исходе лета девяносто шестого он написал картину: женщина в ситцевом платье с окаменевшим лицом прижимает к груди русоголового мальчонку. В спину подталкивают автоматами боевики с завязанными лицами. Розовый южный песок перечеркивают угольные тени, и, заслоняя небо, вьется, бьет по глазам изумрудная зелень знамени - «Заложники Буденновска».

Вторая картина сначала показалась мне этюдом к «Заложникам»: точно такая же заплаканная ситцевая женщина, тот же смуглый парень с автоматом и замотанным тряпкой лицом. Только земля черная, а позади не зеленое знамя - горящий домик. И ребенок – темноволосый малыш - почему-то бесстрашно тянет ручонку к автомату.

На оборотной стороне холста было написано: «Семья».

Потом появились «Взорванный дом», «Жертва теракта на Пушкинской», «Захват»...

И «Норд-Ост» он тоже обязательно написал бы.  Но на четвертые черные сутки, когда список погибших перестал умещаться на экране телевизора, Художник, столько раз умиравший, взял и умер взаправду.

Врач сказал: «косвенная жертва террористического акта». Но он не знал, что Художник - заслуженный художник России Илья Матвеевич Бройдо был не жертвой, а бойцом. И смерть его – боевая потеря.

Это очень важно для меня. Потому что Илья Бройдо – мой отец. И хотя мне с каждым годом все больше его не хватает, я благодарю Всевышнего, что он пощадил Художника, не дав дожить до Беслана.

Анна БРОЙДО


Здесь читайте:

Эпоха Великой Отечественной (репродукции картин).

Храмы России (репродукции картин)

Революция и поэты (репродукции картин).

 

 

 

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ



ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС