Голицын Василий Васильевич
       > НА ГЛАВНУЮ > БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ > УКАЗАТЕЛЬ Г >

ссылка на XPOHOC

Голицын Василий Васильевич

1643-1714

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
ФОРУМ ХРОНОСА
НОВОСТИ ХРОНОСА
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
1937-й и другие годы

Василий Васильевич Голицын

Голицын Василий Васильевич - князь, стольник и воевода, затем боярин, младший из 3 сыновей боярина кн. В. А. Голицына от брака с Т. И. Стрешневой. Родился в 1643. Выдвинулся ещё при царе Фёдоре Алексеевиче: в 1676, в день венчания на царство, пожалован в бояре, получив при этом крупные поместья. Участвовал в обороне южных границ Русского государства и в Чигиринских походах 1677-1678 против турок и крымских татар. В 1676-1680 - руководил Пушкарским и Владимирским судными приказами. В 1682 комиссия выборных дворян во главе с Г. предложила отменить местничество - «поистине азиатский обычай, запрещавший потомкам сидет за столом дальше от царя, “ниже”, чем сидели их предки. Этот обычай, противный здравому смыслу, и являлся неистощимым источником ссор между боярами, ссор, отражающихся на действиях правительства ». Болезнь Фёдора Алексеевича сблизила Г. с царевной Софьей. Рядом с ним у постели умирающего появился Сильвестр Медведев, весьма образованный для своего времени священник из Малороссии, монах-библиограф и придворный поэт, а также боярин князь И. А. ХованскийТараруй, руководивший Стрелецким приказом. Из этих-то людей и составилась группа единомышленников, которые уже достаточно знали друг друга. Медведев стал душой кружка. По словам К. Валишевского, «ближе всех к Софье стоял Голицын - она любила его. Царевне было двадцать пять лет, но ей можно было дать сорок, как утверждает де ла Невилль. Она обладала пылким и страстным темпераментом, но не жила еще. Теперь её ум и сердце проснулись. С безумной смелостью бросилась она в водоворот жизни и отдалась подхватившей ее кипучей волне. Она любила и искала власти. Она втянула в борьбу человека, без любви которого успех не дал бы ей удовлетворения. Она толкнула его на путь, ведущий к власти, которую хотела разделить с ним. Голицын казался робким, недоверчивым, нерешительным, легко впадал в замешательство и отчаяние. Возможно, что он отступил бы, если бы не было Медведева и Хованского. Медведев воспламенял группу, заражал её членов своей страстностью и жаждой борьбы; Хованский предоставил ей необходимую для её замыслов вооруж ённую силу - волнующийся стрелецкий полк». Майский переворот (1682), поставивший царевну Софью во главе государства, ещё более упрочил положение Г. Он встал во главе Посольского приказа и в течение последующих 7 лет возглавлял ещё несколько важнейших приказов, получил почётное наименование наместника Новгородского, был пожалован в ближние бояре, а в 1684 ему присвоили титул «царственного большой печати и государственных великих посольских дел оберегателя».

В 1683 Г. провёл подтверждение Кардисского мирного договора (1661) со Швецией; в 1686, проявив большое дипломатическое искусство, добился заключения выгодного для России т. н. «Вечного мира» с Речью Посполитой, налагавшего на Москву обязательство принять участие в войне Австрии и Польши с Турцией. В осуществление этого договора состоялся (1687) первый поход в Крым во главе с Г. Видимо, правительство Софьи стремилось успехами во внешней политике сгладить тягостное впечатление от политики внутри государства, которую (особенно действия фаворита Софьи) постоянно злобно и придирчиво критиковала оппозиция: молва даже пыталась, например, очернить несомненно крупный дипломатический успех Г.- заключение «Вечного мира», распуская слух, будто польские послы, ведшие переговоры, дали ему громадную взятку. Перед первым Крымским походом враги Г. заранее злорадствовали, убеждая его принять командование над всем войском, потому что предполагали, чем может закончиться эта кампания, зная военные таланты фаворита. И вот, во главе 100-тыс. войска Г. направился в причерноморские степи. Отличный дипломат, сибарит по натуре, он действительно оказался никудышным воеводой, который так и не сумел добраться до Перекопа, сославшись на недостаток продовольствия и воды, палящий зной и на коварных крымцев, которые зажгли степь, чтобы преградить русским дорогу в свои владения. Этот поход погубил гетмана И. Самойловича, более или менее верного союзника Москвы в Малороссии. Несмотря на это, Г. был щедро награждён. Через 2 года был предпринят второй поход в Крым, инициаторами которого снова стали Австрия и Польша. Кроме того, бывший патриарх Константинопольский Дионисий, низложенный турками за его слишком горячую любовь к России, убеждал московское правительство воспользоваться удобным случаем для освобождения христиан от турецкого порабощения, поскольку в Османской империи в то время разгорелась усобица: султан Магомет IV был низвержен войском, вместо него на престол в Стамбуле посажен его брат Сулейман II, а тем временем австрийцы и венецианцы стали брать верх над турками. Молдавский господарь Щербан, со своей стороны, просил Москву ударить на османов, заверяя, что все христиане, страдавшие под турецким игом, как один, восстанут при первом появлении русских. При таких многообещающих перспективах правительство Софьи весной 1689 направило в Крым армию до 112 тысяч человек и 350 пушек. Разумеется, и этой кампанией руководил Г. Раздражение в обществе от неудачи в первом походе оказалось настолько сильным, что во время подготовки ко второму походу в воротах дома Г. был обнаружен гроб с запиской, в которой боярину пообещали, что он будет убит, если не вернётся на этот раз с победой. Ещё раньше к саням «оберегателя» бросился убийца, но был схвачен охраной и тайно казнён в одном из московских застенков. Уже на территории Малороссии к войску присоединился гетман И. Мазепа со своими казаками. Русское войско прошло через степь, одержало верх в стычке с ханом и дошло до Перекопа. Однако князь не решился перейти на полуостров. По его словам, егo якобы напугал недостаток воды, особенно чувствительный при сильном майском зное. И. А. Желябужский в своих «Записках » отметил трусость и продажность Г.: «А боярин князь Василий Васильевич Голицын у стольников и у всяких чинов людей брал сказки, а в сказках велел писать, что к Перекопу ступать невозможно потому, что в Перекопе воды и хлеба нет. И после тех сказок он, боярин князь Василий Васильевич Голицын, взял с татар, стоя у Перекопа, две бочки золота». Пользуясь слухами, наполнившими в ту пору Москву, автор «Записок» отметил далее, что монеты на поверку оказались фальшивыми - они были медными, лишь покрытыми тонким слоем золота. И действительно, с чего бы это вдруг Г. сначала завёл переговоры с ханом, а затем, не дождавшись их окончания, поспешно отступил, убегая от преследовавших его татар и потеряв при этом массу народу, убитыми и пленными. «Правительница сделала, что могла, чтобы изгладить тягостное впечатление, произведенное вторичным фиаско её любимца, и заставить молчать злые языки; в грамоте на имя Голицына она официально признала поход победоносным и осыпала все войско, от генерала до последнего рядового, наградами. Но Петр, который уже начал проявлять интерес к государственным делам, неожиданно явился выразителем общего недовольства и дал почувствовать правительнице свое негодование по поводу беззастенчивого рекламирования подвигов Голицына. Он, правда, согласился, хотя и не сразу, на назначение наград войску, но не пустил к себе Голицына и прочих воевод, явившихся благодарить его».

Всё же необходимо отметить, что, хотя до серьёзных военных столкновений дело у русских с крымцами и не дошло, но бедственные для России походы оказали косвенную помощь её союзникам и помешали татарам выступить против них. После дворцового переворота в августе того же года, в результате которого к власти пришло правительство Петра I, Г., обвинённый в нерадении во время второ Крымского похода и «в изповышении царевны Софьи» в ущерб чести обоих государей, указом 9 сентября был лишён боярского звания, вотчин, поместий, всех привилегий и сослан вместе с семьёй в Каргополь, откуда переведён в Яренск. Донос Ф. Шакловитого, показавшего на дыбе, будто Г. принимал активное участие в заговоре стрельцов в ночь на 8 авг. 1689, подкреплённый ещё одним доносом о сношениях Г. с Софьей уже в ссылке, ещё больше усугубил положение князя. Был отдан приказ (1691) везти его с семьёй в Пустозерский острог, находившийся в низовьях р. Печора. Шторм на море помешал ехать дальше Мезени. Трудность пути и челобитные Г. подействовали: опальной семье позволили остаться в Мезени. Последний этапный пункт ссылки Г.- Волок-Пинежская волость (в совр. Архангельской обл.), где в с. Кологдрах он и умер 21 апр. 1714. После его смерти семья была возвращена из ссылки. Оставил 2 сыновей: Алексея и Михаила, а также 2 дочерей: Ирину и Евдокию (+1680). Г. был одним из образованнейших людей своего времени, являлся сторонником расширения связей со странами католической Западной Европы. «Дом, в котором жил Голицын, и внутри, и снаружи имел вполне европейский вид: высокие, прекрасно отделанные комнаты, убранные гобеленами, картины на стенах, огромные зеркала. Он владел библиотекой, состоявшей, главным образом, из латинских, польских и немецких книг. Позднее в ней появилась рукопись серба Крыжанича, предтеча реформ, вдохновлявших, вероятно, Петра. Голицын построил в Москве три тысячи домов и соорудил первый каменный мост, по плану польского монаха. Он был страстным другом Франции и подарил своему сыну портрет Людовика XIV-го». Им была проделана работа, подготовившая умственную и моральную революцию, осуществлённую позже Петром. Характер этой работы был гораздо определённее, нежели деятельность боярина А. С. Матвеева. Г. олицетворял избранное российское общество, из среды которого вышли Ордин-Нащокин, Морозов, патриарх Никон и др.,- люди, уже в середине XVII в. предвещавшие приход новых перемен, и по мнению современников, «его падение, последовавшее после воцарения Петра, было большой потерей для цивилизации. Правда, связь его с тем, что он хотел уничтожить, была еще очень сильна. Он не был свободен от суеверий. Он приказал пытать крестьянина, заподозренного в напущении порчи. Его обвиняли в том, что добившись при помощи притворного зелья благосклонности Софьи, он приказал сжечь человека, приготовившего его». Г. думал о coздaнии «правильной» армии. Де ла Невилль утверждал, что его проекты реформ «были значительно шире, чем проекты, предложенные Петром: в них входило освобождение крестьян и наделение их землею, цивилизация Сибири и проведение там почтовых дорог. Отец Авриль, в период всемогущества регента возвращавшийся в Китай и посетивший Москву, отдал должное его свободомыслию. Бояре сходились с ним в ненависти к католицизму. Голицын бегло говорил по латыни, хорошо писал, он посещал Немецкую слободу, и её обитатели пользовались его доверием. Он приглашал к столу шотландца Гордона и лечился у немецкого медика Блументроста. Грек Спафарий, часто у него бывавший и получивший, благодаря его содействию, видное место в Посольском приказе, представлял собой совершенно новый тип - космополита-пройдохи, дипломатического маклера, изъездившего Европу и побывавшего в Китае. Он составлял проекты развития судоходства на больших сибирских реках и переписывался с амстердамским бургомистром Витзеном».

Владимир Богуславский

Материал из кн.: "Славянская энциклопедия. XVII век". М., ОЛМА-ПРЕСС. 2004.

Славянская энциклопедия


Вернуться на главную страницу В.В. Голицына

 

 

 

 

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ



ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС