Катаев, Валентин Петрович

1897-1986

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

XPOHOC

ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ

ФОРУМ ХРОНОСА

НОВОСТИ ХРОНОСА

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА

ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ

ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ

СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА

ЭТНОНИМЫ

РЕЛИГИИ МИРА

СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ

МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ

КАРТА САЙТА

АВТОРЫ ХРОНОСА

Родственные проекты:

РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ

ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА

ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ

ПРАВИТЕЛИ МИРА

ВОЙНА 1812 ГОДА

ПЕРВАЯ МИРОВАЯ

СЛАВЯНСТВО

ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ

АПСУАРА

РУССКОЕ ПОЛЕ

Валентин Петрович Катаев

Валентин Катаев в 1916 году.

Скорино Л.И.

В.П. Катаев: критико-биографический очерк

I

Целое поколение советских писателей начинало свой творческий путь на полях гражданской войны, в гуще ожесточенной борьбы за установление Советской власти. Художники слова были в те годы и солдатами революции, и ее первыми агитаторами, первыми певцами героической эпохи. Валентин Петрович Катаев – типичный представитель этого поколения. Его творчество – неотделимая часть сложного, многообразного литературного процесса, начавшегося в дни революционного перелома от старого мира к миру социализма.

Писатель родился 28 января 1897 года в Одессе – богатом торгово-промышленном приморском городе, который являлся также крупным культурным центром на юге страны. Здесь был основан Новороссийский университет, вокруг которого группировались выдающиеся ученые – такие, как Мечников, Сеченов и др. На сцене оперного театра выступали с гастролями прославленные европейские актеры – Сальвини, Айра Олдридж. В городе издавалось множество журналов, где сотрудничали и местные литераторы, и столичные, часто бывавшие и подолгу жившие в Одессе. Среди них – Куприн, Бальмонт, Бунин и др.

Семья Валентина Катаева принадлежала к русской демократической интеллигенции. Отец – Петр Васильевич Катаев – был родом из Вятки. Окончив Новороссийский университет по историко-филологическому факультету, он стал учителем. Мать – Евгения Ивановна Бачей – принадлежала к полтавской мелкопоместной дворянской семье.

В доме Катаевых хорошо знали и высоко ценили классическую литературу XIX века. Оба будущих советских писателя – и Валентин Петрович, и его брат Евгений (Евгений Петров) – воспитывались на лучших образцах русского реализма, испытав могучее воздействие его великих представителей. Им рано открылись богатства родной литературы – и светлый, радостный талант Пушкина, и горький юмор Гоголя, чистота, ясность Никитина и Кольцова, трагическая лиричность Шевченко.

Многообразны и противоречивы были воздействия эпохи на молодого Катаева. Но было главное: демократические традиции семьи, которая отражала умонастроение русской трудовой интеллигенции с характерными для нее общественными идеалами – ненавистью к царизму и стремлением отдать все свои силы и знания обездоленному народу.

Писать и печататься Валентин Катаев начал рано. Первое его стихотворение – «Осень» – появилось в 1910 году, и с этого времени молодой поэт систематически публикуется в газетах: «Одесский вестник», «Одесский листок», «Южная мысль». Ранние стихи его представляли собой зарисовки с натуры, жанровые сценки, картины природы, овеянные лирическим настроением автора.

Вскоре Катаев сдружился с молодыми одесскими поэтами, среди которых заметное место уже занимал Эдуард Багрицкий. Они выпускали стихотворные альманахи: «Шелковые фонари», «Серебряные трубы», «Авто в облаках», «Седьмое покрывало». Катаев неизменно участвовал в вечерах «левых» поэтов, однако их увлечений модными декадентскими течениями не разделял.

В 1914 году произошли две литературные встречи, оказавшие решающее влияние на творческое развитие молодого писателя. Одна из них – встреча с Иваном Буниным. Хотя по возрасту и дружеским связям Катаев, естественно, принадлежал к поэтической «левой» молодежи Одессы, но традиции той среды, из которой юноша вышел, ее влияние, вкусы, идеалы – все это сближало его со старшим поколением писателей. Именно у Ивана Бунина он обучался реалистическому мастерству: «умению описывать вещи», «пластике слова, красочному виденью мира», а также «симфонизму» стиля; «Бунин учил меня видеть, слышать, нюхать, осязать, учил ритму прозы», – вспоминает В. Катаев.

Другая встреча навсегда связала писателя с Владимиром Маяковским.

В январе 1914 года в Одессе на сцене Русского театра состоялись два больших вечера московских футуристов. Новизной тематики, образностью, остротой, а главное, своим бунтарским духом резко выделились выступления Маяковского. Стихи его захватили молодого Катаева. «Футуристов, – вспоминает писатель, – я не понимал и не принимал. Но Маяковский понятен был чрезвычайно. Маяковский – ни на что не похоже… поразило новое виденье мира: урбанистичность его стихов, живопись, предвоенное ощущение действительности. Затем позднее – протест против мещанства, лавочников, торгашей, сытых буржуа».

В поэзии Маяковского для молодого Катаева прозвучал бунтарский голос нового времени. Преклоняясь перед высоким мастерством художников критического реализма, молодой Катаев, как и многие из его сверстников, ощущал разрыв между современной ему литературой и движением истории.

Молодой русский капитализм уже хищно мечтал об империалистических захватах. Царская Россия стояла в преддверии чудовищной мировой бойни. Внутри страны все кипело и клокотало, в недрах народных бурно вызревала революция.

Дальнейшие судьбы сверстников Катаева, как и его самого, определила начавшаяся первая мировая война.

В 1915 году Валентин Катаев с гимназической скамьи ушел добровольцем на фронт. Сначала солдатом-артиллеристом, а затем прапорщиком он участвовал в ряде больших военных операции на Западном фронте, – в частности, под Сморгонью, затем – в конце войны – на румынском фронте. Был дважды ранен, один раз контужен и отравлен фосгеном.

Многие его фронтовые впечатления вошли в корреспонденции и очерки, в стихи и рассказы, которые печатались в одесских газетах, а также в еженедельниках Петербурга и Москвы.

Характерной чертой очерковых циклов Катаева в эти годы является глубокий интерес к солдату-фронтовику, крестьянину или рабочему, к человеку в серой шинели, о котором он пишет с глубоким пониманием и уважением («Письма оттуда», «Наши будни», «В Румынии»). Стихи военных лет передают боль юноши-поэта, видящего, как истерзана земля, как разрушаются города и селения («В Галиции», «Письмо», «Туман весенний стелется…» и др.).

В большинстве произведений этого периода еще нет отчетливого и осознанного протеста против преступной бессмысленности войны. Но зато, вразрез с общим духом буржуазной урапатриотической литературы, молодой писатель (а Валентину Катаеву тогда было лишь восемнадцать – девятнадцать лет) говорил открыто и без прикрас о том, что он сам видел и пережил.

Жизненные впечатления подводили художника к верным выводам. И надо было ему пройти сквозь жестокие испытания войны, чтобы оформилась, стала осознанной и закалилась его ненависть к лживому, буржуазному миру.

Октябрьская революция пришла на юг Российской империи в огне и буре гражданской войны. За установление власти Советов велась жесточайшая борьба с немецкими интервентами и продажной Центральной радой, а затем с соединенными силами Антанты и белогвардейского добровольческого войска.

После установления Советской власти в Одессе весной 1919 года было создано Бюро украинской печати (БУП). Здесь начали активно работать молодые поэты – Эдуард Багрицкий, Валентин Катаев, Юрий Олеша. В среде одесской интеллигенции Иван Бунин стал знаменем ее реакционной части. Валентин Катаев оказался среди тех, кто безоговорочно и решительно перешел на сторону революции.

Летом 1919 года, когда началось крупное наступление деникинской армии, Катаев был призван в Красную Армию и участвовал в боях с белогвардейцами, командуя артиллерийской батареей под Лозовой; Эдуард Багрицкий отправляется в это же время на фронт с агитпоездом и находится в партизанском отряде ВЦИК.

После разгрома деникинщины в Одессе весной 1920 года возникла ЮгРОСТА – организация, соединявшая в себе и телеграфное агентство, и агитационно-пропагандистский отдел, клуб и театр, устные и стенные газеты. Во главе стоял поэт-комиссар Владимир Нарбут. В ведении ЮгРОСТА находились агитпоезда и агитпароходы, а также созданные на крупных железнодорожных станциях агитпункты и «газетные залы». По городу развешивались плакаты, «Окна сатиры», проводились лекции, читки «устных газет».

Вокруг ЮгРОСТА сложился боевой «коллектив поэтов», которые воспевали героику революции и оружием сатиры разили врагов. В коллектив этот входили: Валентин Катаев, Эдуард Багрицкий, Юрий Олеша, Илья Ильф, Семен Кирсанов и др. Знаменем для них был Маяковский. «В коллективе поэтов мы собирались по вечерам, после работы в ЮгРОСТА, где делали то же самое дело, что в это время делал в Москве Маяковский», – вспоминает Катаев. Он заведовал «Окнами сатиры», писал острые сатирические стихи, фельетоны, рассказы. В 1921 году ЮгРОСТА переводят в Харьков.

Работу в РОСТА, объединившем писательскую молодежь, Валентин Катаев позднее оценил как подлинную «школу политического воспитания беспартийных поэтов».

В бурные годы гражданской войны родилась первая, романтическая, группа катаевских рассказов. Они печатались в газетах ЮгРОСТА, а позднее в журналах Москвы (1918–1923): «Опыт Кранца», «В осажденном городе», «Золотое перо» и др. В них уже явственно наметились основные тематические линии, характерные для всего последующего творчества писателя: утверждение величия пролетарской революции и отрицание старого общественного порядка, сметенного октябрем 1917 года. Романтический пафос соседствует здесь с сатирическим гротеском, ирония сплетается с лирической взволнованностью.

В ряде рассказов Катаев обращается к судьбам интеллигенции, поставленной перед решающим историческим выбором: остаться ли с миром прошлого или перейти в лагерь революции. В лирической новелле «Музыка» (1918) Катаев рисует портрет Ивана Бунина в образе Ивана Алексеевича – философа-эпикурейца, созерцателя жизни, наслаждающегося красотой материального мира. Оставаясь в пределах лишь психологической характеристики героя, Катаев не осуждает его, а, скорее, им любуется. Хотя и видит его оторванность от подлинной жизни. Революционная действительность вскоре потребовала от молодого писателя социальных, общественных оценок людей и событий. Именно потому в рассказе «Золотое перо» (1920) прозвучало страстное осуждение антинародной позиции, занятой частью старой интеллигенции. Герой его – академик Шевелев – раздраженно отгораживается от новой жизни народа, «тонким знатоком» которого некогда он слыл, не понимая и не принимая его революционности. В дни решающих схваток он отдает свое «золотое перо» белому лагерю. Но победоносного шествия революции не остановить тем, кто остался в лагере старого мира, – такова логика развития событий в рассказе.

Неодолимую мощь революции писатель стремится раскрыть и в «Записках о гражданской войне» (1922), где он обращается к документальному повествованию.

Другая группа ранних рассказов – «Бездельник Эдуард», «Железное кольцо», «Красивые штаны» и т. д. – представляет собой приподнятые лирико-иронические зарисовки быта писательской молодежи, сотрудников ЮгРОСТА в годы, когда, «окруженная врагами, испытывая каждую минуту новые и новые потрясения», республика ввела «суровый режим военного коммунизма». В центре их стоит поэт и романтик, влюбленный в Октябрьскую революцию. Он воевал, он испробовал немало работ, от «собственного корреспондента радиотелеграфного агентства до заведующего красноармейским клубом». Правда, герой этот часто воспринимал революционную действительность преломленной сквозь книжную романтику. Его «пышное воображение» рисовало доктора Фауста и Франсуа Вийона, «якобинский клуб и карманьолу». Но все же его неизменно тянуло от теней прошлого к простой и суровой реальности. Героя и его друзей наполняло ощущение силы и радости жизни, предчувствие новых исторических свершений.

А рядом с поэтом-романтиком возникал – прямо из жизни – столь же романтический образ матроса-большевика. На остром драматическом конфликте основан рассказ «В осажденном городе» (1920), где происходит столкновение представителей двух миров – белогвардейского поручика Гесса и матроса-подпольщика.

В матросе-большевике для молодого писателя воплощалась воля восставшего народа, воля коммунистов, которые умело, настойчиво, энергично направляли бурлящий поток истории в русло организованного революционного действия.

В «югростовских» рассказах Катаев намечает образ человека нового типа – деятеля, революционера. Но пока это были лишь эскизы, наброски, художественное решение пришло к писателю позднее. В 20-е годы побеждала в его творчестве сатирическая, разоблачительная тенденция.

Цитируется по изд.: Катаев В.П. Собрание сочинений в девяти томах. Том 1. Рассказы и сказки. М., 1968.

Вернуться к оглавлению статьи Скорино

Вернуться на главную страницу Катаева

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ

ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС