Китай
       > НА ГЛАВНУЮ > СТРАНЫ, ГОСУДАРСТВА, ГОРОДА > УКАЗАТЕЛЬ К >

ссылка на XPOHOC

Китай

XVI—XVIII века

СТРАНЫ, ГОСУДАРСТВА, ГОРОДА


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
ФОРУМ ХРОНОСА
НОВОСТИ ХРОНОСА
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
1937-й и другие годы

Китай в XVI—XVIII веках

Главы из книги: История стран зарубежной Азии в средние века. М., 1970.

Концентрация феодальной земельной собственности. Положение крестьянства

Эволюция феодального аграрного строя привела в XVI в. к небывалому ускорению процесса перераспределения земли — перехода казенных и особенно крестьянских земель в собственность феодалов.

Захваты земельных владений приняли массовый характер и осуществлялись насильственно. Неудержимо росла концентрация земли в руках господствующего класса, в первую очередь его верхушки.

Крупнейшими землевладельцами являлись минские императоры. За счет казенных площадей и крестьянских наделов в различных районах страны создавались огромные по размерам императорские поместья. К началу XVII в. таких поместий было уже больше 300, а их общая площадь составляла сотни тысяч цинов лучших плодородных полей. Получая наследственные пожалования и самочинно захватывая земли крестьян и мелких феодалов, непрерывно увеличивала свои владения титулованная аристократия. Уже в середине XVI в. поместья императорских родственников и кучки заслуженных сановников занимали 1/20 всех пахотных площадей страны. Не менее активную роль в земельных захватах играли евнухи, которые пользовались большим влиянием при дворе и даже становились могущественными временщиками. Наряду с придворной камарильей ожесточенную борьбу за землю вели многочисленные чиновники и помещики, не состоявшие на государственной службе, богатые купцы и ростовщики, а также верхушка сельской общинной администрации.

В ходе насильственного передела земельной собственности феодалы использовали не только методы экономического принуждения и свои политические привилегии, но и прямой обман, подлог, шантаж, вымогательство и т. п. Титулованная знать, добиваясь новых земельных пожалований, нередко выдавала крестьянские поля за пустоши или выморочное имущество. Многие влиятельные лица силой заставляли крестьян и мелких феодалов «дарить» им землю, что служило своеобразной юридической формой, прикрывавшей захват полей.

В результате концентрации земли в руках феодалов росли крупные поместья. Частные владения в сотни цинов стали обычным явлением; земли отдельных помещиков исчислялись тысячами и даже десятками тысяч цинов. Однако эти огромные поместья не превращались в единые хозяйства с централизованным управлением: китайская деревня не знала барской запашки. Новые собственники мелкими участками сдава-

[459]

ли свою землю крестьянам, которые самостоятельно обрабатывали ее на условии выплаты установленной доли урожая (как правило, 50%, но в ряде случаев и больше). Феодальная аренда оставалась основной формой отношений между помещиками и непосредственными производителями-крестьянами.

Господство арендных отношений порождало хозяйственную косность феодальных поместий. Их владельцы не заботились о ведении хозяйства, а были заинтересованы лишь в увеличении поборов со своих аренда-торов. Помещики в подавляющем большинстве не вводили ни новой техники, ни новых форм хозяйствования. С рынком их владения были связаны разве что в самой незначительной степени. Это были своеобразные крепости рутинных форм феодального производства, в первую очередь натурального хозяйства.

Лишь сравнительно небольшая часть феодалов в экономически более развитых районах и некоторых пригородных зонах пыталась увеличить доходы путем производства продуктов для продажи. Приспосабливаясь к интересам рынка, эти помещики вводили на своих землях некоторую специализацию (частично заменяли зерновые культуры техническими, внедряли выращивание овощей, фруктов и т. п.), а также периодически использовали наемный труд. Подобные новшества являлись несомненно прогрессивными, однако их реальное экономическое значение было не столь велико, чтобы поколебать общее господство рутины в хозяйственной жизни феодальной китайской деревни.

Основу аграрной экономики страны по-прежнему составляло мелкое и мельчайшее крестьянское хозяйство, сочетавшее земледелие с домашним ремеслом. Как и в начале правления династии Мин, массы крестьян делились на три важнейшие группы: мелких собственников земли, держателей казенных земельных участков и арендаторов частных полей. Однако в количественном соотношении и положении этих категорий крестьянства произошли существенные перемены. В результате непрерывного поглощения земли феодалами многие из крестьян-собственников потеряли свои владения, значительно сократилась также прослойка крестьян — держателей государственной земли. Самой многочисленной группой сельского населения Китая стали арендаторы частных помещичьих полей. Так, в низовьях Янцзы в начале XVII в. лишь 1/10 населения имела свою землю, а 9/10 обрабатывали чужие поля. Бурный рост крупного частного феодального землевладения повсеместно осуществлялся за счет крестьянства и сопровождался его насильственным обезземеливанием.

Важным фактором, ускорявшим разорение крестьян, было резкое усиление их феодальной эксплуатации, прежде всего налогового гнета государства. Предлогом для повышения налоговых ставок или введения новых поборов чаще всего служили внешние войны и дефицит в казначействе. На деле повышение налогов являлось источником удовлетворения растущих паразитических потребностей минских правящих кругов, алчной бюрократии и феодального класса в целом. Захваты казенных земель освобожденными от обложения, привилегированными лицами вели к сокращению податных поступлений императорского двора. Эту убыль правительство обычно возмещало путем дополнительных разверсток среди остающихся тяглых. Налоги и поборы росли, как снежный ком, делаясь совершенно разорительными для трудового населения. Податная система стала крайне сложной и запутанной, что способствовало распространению всевозможных злоупотреблений чиновников.

К концу XVI в. под влиянием постепенного расширения сферы товарно-денежных отношений наметились важные сдвиги в соотношении

[460]

основных форм феодальной эксплуатации. Господствовавшая натуральная феодальная рента, которая выступала в виде продуктового налога государству и арендной платы помещику, а также отработочная рента (главным образом государственные трудовые повинности) начали уступать место денежной форме ренты. Ярким отражением этого являлась попытка минского правительства провести в 1581 г. радикальную налоговую реформу с целью замены многочисленных натуральных поборов и отработок единым денежным налогом. Помещики при взимании арендной платы также стали прибегать к ее пересчету и сбору в денежном выражении.

Возрастание роли денежной ренты имело объективно прогрессивное значение, гак как подрывало устои натуральной феодальной экономики, способствовало товаризации сельского производства. Однако в реальных условиях Китая XVI — начала XVII в. распространение коммутации, т. е. замены натуральных поборов денежными, приводило к еще большему усилению эксплуатации крестьянства. Необходимость обменивать свои продукты на деньги, медные монеты — на серебро, в котором исчислялись теперь налоги и подати, увеличивала зависимость крестьян от торговцев и ростовщиков. За ничтожные денежные операции ростовщики — чаще всего те же местные помещики и чиновники — брали с крестьян высокие комиссионные, а за ссуды взимали от 100 до 400% годовых. Обращение к ростовщикам означало для крестьянина жестокую кабалу, а в случае неурожая и других стихийных бедствий, столь частых в Китае, его ожидало неминуемое разорение.

Многие разорившиеся и лишившиеся земли крестьяне оставались в своих деревнях, возделывая прежние участки в качестве издольщиков новых хозяев. Формально арендаторы сохраняли личную свободу и не считались собственностью помещика, который не мог их продавать, но фактически над ними неизбежно тяготели элементы личной зависимости от владельца земли. Еще хуже было положение тех обезземеленных, которые в силу разных причин (давление местной перенаселенности, произвол феодалов и пр.) не имели возможности арендовать земельные участки. В ряде районов часть таких разорившихся крестьян превращалась в наемных сельских работников — батраков, чьи жизненные условия были еще более тяжелыми, нежели у арендаторов. Однако большому числу обездоленных феодальная деревня не могла предоставить вообще никакой работы. Масса потерявших землю сельских тружеников вынуждена была покидать родные места.

Некоторые оседали в крупных городах, где начинал складываться рынок наемной рабочей силы, большинство же пополняло ряды громадной армии бездомного бродячего люда, который к началу XVII в. вновь заполнил дороги страны.

[461]

Вернуться к оглавлению главы Китай в XVI—XVIII веках

Вернуться к меню: Всё о Китае и китайцах.

 

 

 

 

 

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ



ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС