Ю.М. Федоров
       > НА ГЛАВНУЮ > БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА > КНИЖНЫЙ КАТАЛОГ Ф >

ссылка на XPOHOC

Ю.М. Федоров

2010 г.

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
ФОРУМ ХРОНОСА
НОВОСТИ ХРОНОСА
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
1937-й и другие годы

Ю.М. Федоров

Космо-антропо-социо-природогенез человека

Глава 2. КОСМОГЕНЕЗ ЧЕЛОВЕКА

2.2. ТРАНСЦЕНДЕНТНАЯ КРЕАЦИЯ

Человек есть маленький бог в своем мире или в микрокосме,
управляемом им на свой манер; он творит в нем нечто
удивительное, и его искусство часто подражает природе.

Лейбниц. Опыты теодицеи о благости
божией, свободе человека и начале зла

Если в объектоцентризме мир перманентно порождается Законами Природы, то в субъектоцентризме — Креацией Космоса. С точки зрения А. Бергсона, истинная цель эволюции, если уж приходится применять этот термин, находится не впереди, а позади, в первоначальном импульсе. Глубинная интуиция не приемлет причинного объяснения эволюционного процесса, не оставляющего места свободе."Творение мира, — пишет А. Бергсон, — есть акт свободный, и жизнь внутри материального мира причастна этой свободе"15.

Согласно Тайной Доктрине, сущность способна инверсировать в существование лишь в процессе непрерывного самопорождения, самоосвоения Субъектом Мира в Себе и Себя в Мире во все более расширяющихся пределах. Астральный (пустотный) субъект вынужден своими трансцендентными интенциями перманентно творить космический универсум из субстанции своего свободного Духа, созидая ноосферу, ибо Абсолютная Сущность, или Сущность Абсолюта, может обретать явленную онтологическую форму лишь в перманентном самотрансцендировании, в выхождении за "пределы беспредельного" и в креации ноосферы. Как только астральный субъект прекращает творить космос, прекращает свое самопроявление, Мир вновь погружается в Хаос. Внешний Мир (Макрокосм) существует лишь постольку, поскольку в нем "присутствует" Субъект, Субъект же существует постольку, поскольку Внутренний Мир (Микрокосм) "присутствует" в нем.

Астральный субъект — самоприсутствующая, самосуществующая, самоосуществляющаяся форма Сущего. Креативный процесс в высшем своем проявлении и есть способ самопорождения астрального субъекта в перманентно порождаемом им космическом универсуме. "То, что по природе рождает само себя, — учил Прокл, — не нуждается в другом основании, содержась самим собой и сохраняясь в самом себе, без субстрата. Но могущее пребывать и быть водруженным в самом себе способно само себя производить, само в себе эманируя, само себя поддерживая и находясь таким образом в самом себе, как вызванное причиной — в причине"16.

Так как астральный субъект онтологически тождествен Макрокосму, он и воспроизводит свое Я не иначе, как системой внутрисубъектных интенций, основу которых составляет практика перманентной креации Сущего и самого себя в качестве ментального Протосущего. Творческое воспроизведение Целостного Бытия в его символических формах есть способ существования астрального субъекта.

Конечно, когда мы что-то пытаемся говорить о протосубъекте, метафизически предшествующем антропосу, но физически нами не наблюдаемом, мы скорее исходим из неявной метафоры, нежели из явного знания. К метафоре же необходимо относиться трансрационально, т.е. как к самоинтерпретирующемуся образу, не поддающемуся внешнему рациональному интерпретированию. Самоинтерпретирующуюся метафору необходимо рассматривать в качестве необходимой абстрактно-чувственной предпосылки для любого типа теоретизирования, в том числе и научного. Не эта, так другая метафорическая посылка обязательно ляжет в основание целостной рефлексии. Метафора — "ахиллесова пята" любой формы рациональности, но все же "пята опорная", без которой рациональная мысль так и не сумеет начать свой стремительный бег в поисках "объективной истины". Исходная метафорическая посылка всегда берется на веру, но именно она есть трансрациональная основа любого систематизированного знания.

Парадигмальные метафорические основоположения никогда не доказываются и не определяются внутри самой парадигмы, но онтологически верифицируются некими косвенными свидетельствами. Косвенным подтверждением тому, что креация является доминирующей мировоспроизводящей практикой астрального субъекта, служит тысячелетняя история человеческого творчества. Творчество есть антропологизированная форма вселенского процесса креации, порождения. Из ничего, из пустотной субстанции духа творческий человек продуцирует нечто новое. Творчество никогда не содержится в рамках развернутой логики чего-то существующего, оно всегда есть выход за пределы известного, иначе это не творчество, а расширенное репродуцирование существующего, чем и занимается большая часть цивилизованного человечества. Творят, продуцируют единицы — реликтовые астральные субъекты. Творения прерывают "естественный", "нормальный" ход развертывания "логики". Творчество — это нечто интенциональное по своему генезису, исходящее не из объективной логики Истории, а из субъективного алогизма Метаистории.

Попытка логизировать творчество так и не принесла сциентизму каких-либо положительных результатов. Каким бы ни был "творческим" научный коллектив, но лишь кто-то один в нем произносит сакраментальное слово "Эврика!". Креация есть выход Субъекта за пределы своей онтологической пустотности, в предонтологию Духа — в Хаос. Он выходит туда, где "его еще не было, когда он предсуществовал", и там заново порождает себя. Потому-то астральный субъект есть не конечный результат "формирования", "развития", а всегда — начальный момент перманентного самопорождения. Каждый из людей в своей астральной неопределенности есть самотрансцендирующий субъект, самостроительству которого не в состоянии помочь никакой другой субъект. Порождают себя Ноумены за пределами субъектно-субъектных отношений средствами символического самотрансцендирования. Люди как боги в своей самокреации самодостаточны, и избыточность глубинного общения, напротив, мешает им индивидуализированно инверсировать трансцендентные смыслы своего самобытия. К сожалению, способность к самотрансцендированию, изначально заложенная в каждом человеке, проявляется далеко не у всех современных людей. Всей системой детского воспитания, массированным процессом антропологизации, социализации и рационализации естественные каналы креации тщательно блокируются.

Интенциональность — это свойство субъекта негэнтропийно, творчески воздействовать на внешний мир своей внутренней трансрациональной энергетикой, энергетикой сакрального Логоса. Из пустотных глубин человеческой протоментальности перманентно выдвигается овнешненный и овремененный мир, в который Человек вынужден реинтегрироваться столь же внешним и предметным образом, оставаясь при этом самотождественным в свободных и трансцендентных пространствах Вечного и Бесконечного Духа. Процесс креации и творчества есть перманентный исход во-вне трансцендентных, трансрациональных интенций высшей духовной жизни Человека.

В своем трансцендентном творчестве интенциональный субъект одновременно и един, и одинок. "Бесконечная Единица трансцендентна для человеческих достижений"17, — писал П.А. Флоренский. Субъекту не нужен другой субъект, чтобы перманентно творить мир, — он онтологически самодостаточный демиург сущего. Может быть, Бог именно от своего онтологического одиночества и породил Человека по своему образу и подобию, чтобы было с кем обмолвиться Словом. Сначала было Слово, но ведь оно должно было быть кем-то услышано. Астральный Человек отличается от других персонажей исторической драмы тем, что призван всей своей экзистенцией выполнять креативную функцию, связанную с перманентным порождением сакральной целостности Мироздания.

Креационистская практика Человека укореняет его в онтологию именитства и легитимизирует проявленности Великой Пустоты в качестве потенциальных модусов Великой Полноты, способствует интенциям субъективности объективироваться. В то же самое время креация Сущего перманентно расширяет именитствующее бытование Человека за счет систематической реинтеграции проявленностей в его собственные космические сущностные силы, расширяет "пределы" ноосферы за счет "модернизации" сил Хаоса.

В креации органически взаимоувязаны символизация, ментализация и онтологизация проявленностей. Процесс самораспаковывания обретает свою особую человеческую модальность, позволяющую Единому самопроявляться в множественном "синхронно" в трех основных своих ипостасях. Посредством символизации Сущего, осуществляемой астральным субъектом в перманентном акте самотрансцендирования, проявленности обретают свои имманентные сакральные значения на всеобщем семантическом континууме Слова. Одновременно с этим проявленности ментализируются их реинтеграцией в трансцендентное Я и онтологизируются подведением под "юрисдикцию" порядка сакральной Свободы. И таким образом проявленности обретают свойства трехмерной экзистенциальной проекции человеческого именитства.

Символизм, персонализм и онтологизм — триада, на которую "распадается" единое мировоззрение Человека. Они суть взаимодополнительные интенциональности самотрансцендирующего Человека, являющегося субъектом креативного процесса. Креативно-эманационный импульс в сфере абсолютного одновременно активизирует все три его трансцендентных модуса. И наоборот, активизация одного из них инициирует активность в двух остальных ипостасях Единого.

Креативный процесс имеет по крайней мере три основных измерения. Его можно определить как процесс ментализации Субъектом бытийствующего Логоса и логизирующегося Бытия. Но столь же правильным будет определение креативного процесса и как онтологизации логизирующегося Субъекта и субъективирующегося Логоса. Верным будет и его определение как символизации бытийствующего Субъекта и субъективирующегося Бытия. Ведь все это — лишь подступы к определению принципиально неопределяемого, трансрациональные фикции, посредством которых Метафизика пытается упорядочить мировоспроизводящие интенции, идущие из глубин Великой Пустоты.

Действительно, творчество в его изначальном сакральном смысле принципиально невозможно вне органического синтеза Субъекта, Слова и Свободы. Космос изначально никем и ничем не занят, его просто нет вне креативной активности Субъекта. "Творческий акт творит не из природы творящего, — писал Н.А. Бердяев, — а из ничего. Творчество не есть переход мощи творящего в иное состояние и тем ослабление прежнего состояния — творчество есть создание мощи из не бывшей, до того не сущей. И всякий творческий акт по существу своему есть творчество из ничего, т.е. создание новой силы, а не изменение и перераспределение старой. Во всяком творческом акте есть абсолютная прибыль, прирост"18.

Человек выступает космологическим субъектом лишь в качестве свободного, символизирующего демиурга своей собственной сущности, в качестве автоэманирующего и автоэволюционирующего Субъекта. Однако автоэволюция Субъекта возможна лишь при условии, если существует ее самопрограммирующийся алгоритм, автопроект глобальных самоизменений, каковым является изначальное Слово. Посредством Слова Субъект созидает Космос в соответствии со своим собственным "проектом", при этом "скрытые" в нем истинные замыслы становятся все более умопостигаемыми по мере самораспаковывания семантического вакуума. Порождаемый Субъектом Космос должен подчиняться некоему внутреннему порядку, способному стабилизировать его целостность и противостоять силам Хаоса. Таким порядком выступает Свобода, придающая космической автоэволюции Субъекта онтологическую самодетерминированность.

Астральный Человек — субъект целостного Мира, а не просто присутствующий, каковыми являются более проявленные субъекты, укорененные во вложенных онтологических нишах космического универсума. Для выполнения своей космологической функции он должен систематически выходить за пределы своего именитства, с тем чтобы перманентно реинтегрироваться в Абсолют. Такую возможность ему предоставляет символическая форма его сознания.

В именной форме символа заключено не только неявное историческое содержание, но и способ проявления, распаковывания этого содержания. Символическая реальность в свернутом виде включает в себя всю космодинамику развертывания человеческой экзистенции вплоть до низшей объективации субъективного. Практика целостного воспроизведения Человеком Мира путем выхождения за пределы своей именной самости получила название трансцендирования. Астральный Человек — самотрансцендирующий Субъект. "Выхождение" из осознанной необходимости и "вхождение" в неосознаваемую свободу и составляют содержание бессознательного трансцендирования. "Человек не обусловлен и не детерминирован полностью обстоятельствами, — пишет В. Франкл, — он сам определяет, стать ли над ними. Другими словами, человек в конечном счете самодетерминирован. Человек не просто существует, но всегда решает, каким будет его существование, чем он станет в следующий момент. ...Человек в конечном счете преодолевает самого себя, человек — это самотрансцендирующее существо. ...Человек не есть еще одна вещь среди вещей, вещи определяют друг друга, но человек в конце концов сам себя определяет. То, чем он станет, это, наряду с ограничениями, накладываемыми его способностями и окружением, определяется тем, что он делает из самого себя"19. Трансцендирование есть способ, каким человек символизирует свое присутствие у верхней бездны бытия, укореняется в космическом универсуме.

Трансцендирование — это процесс распаковывания семантического континуума, содержащегося в первотексте — Символе. Оно связано с выходом за "наличные пределы" мироздания, с вхождением в принципиально новую сверхонтологию — Ноосферу, конструктором и созидателем которой выступает Человек как Ноумен. "Душа есть творческий процесс, активность, — утверждал Н.А. Бердяев. — Человеческий дух всегда должен себя трансцендировать, подниматься к тому, что выше человека. И тогда лишь человек не теряется и не исчезает, а реализует себя. Человек исчезает в самоутверждении и самодовольстве"20. Понятие "трансцендирование" позволяет обнаружить "внутренние механизмы" и "внутреннюю логику" креативного процесса, протекающего как на макро-, так и на микроуровне космогенеза Человека и его Вселенной.

Трансцендирование — это ментальная практика, посредством которой Человек систематически реинтегрируется в символическую онтологию Абсолюта, воспроизводит в своей духовности сакральное и тем самым гармонизирует всю иерархию своих присутствий в целостном Мироздании. "Творчество, — писал Н.А. Бердяев, — есть не объективация, а транс-субъективация. Объективное должно быть заменено транс-субъективным"21. Основная практика ментального самовоспроизводства состоит в таком трансцендировании Человеком своего именитства, при котором оно, сохраняя свою сакральную тождественность, расширяет онтологию Духа, пределы космического универсума в сторону как верхней, так и нижней бездны, т.е. как бесструктурного, так и структурированного Хаоса.

Как существо сотворенное Человек склонен актуализировать себя в дурной бесконечности предметных форм Нечто, но как существо творящее он призван систематически трансцендировать себя в Ничто, т.е. выходить за сложившуюся форму неизменности в универсуме, трансцендировать трансцендентное, универсализировать универсальное, иными словами, выполнять функции Абсолюта по расширенному воспроизводству Ничто, Пустоты, делая Бытие еще более покоящимся и неизменным.

Экхарт утверждал, что лишь пребывая в неизменности Бога, Человек в состоянии стать более неизменным, чем абсолютная неизменность — Ничто. В чем мистический смысл такого утверждения? Экхарт различает протопонятия "Ничто" и "Бог", наделяя их несколько различными экзистенциальными статусами. Если Ничто не существует ни для себя, ни для творений, то Бог, напротив, есть Сам для Себя бытие и лишь в человеческом понимании предстает как Ничто. Если продолжить мысль Экхарта, то Бог является еще более неизменным, нежели Ничто, так как последнее — инобытие Нечто, т.е. некоторая отрицательная актуализация проявленных форм Сущего, которую можно еще обозначить термином "Хаос".

Неизменность Ничто — это некий синтез начал и концов потенциального Абсолюта, находящего свою актуализацию в Боге, выступающем по отношению к порожденным формам бытия в качестве некоей человеческой трансрационализации, именуемой Ничто. Вот почему, трансцендируя Себя в Абсолют, Человек в состоянии расширенно воспроизводить неизменное, т.е. выходить за "пределы" актуализированного неизменного, в сферу потенциально абсолютного. «Если же Бог еще неизменней, чем "Ничто", и душа внидет в неизменность Того, Кто есть ее бытие, в Бога, станет и она неизменней, чем "Ничто"»22, — проповедовал Экхарт. Не в этом ли мистическом пассаже была неявно заложена эвристическая идея ноосферы, сформировавшаяся лишь в XX в. благодаря усилиям Вернадского, Ле Руа, Тейяра де Шардена? Понятие "ноосфера" и есть некий естественно-научный коррелят мистическому протопонятию "Ничто". Ноология как наука о ноосфере обосновывает необходимость выполнения Человеком особой космической миссии по достраиванию Мироздания до сверхабсолютной целостности, придающей Бытию устойчивый характер и тем самым упреждающей нарастание энтропийных, процессов на его онтологической периферии — в сфере объективации.

Астральный Человек — по преимуществу сакрализирующийся Субъект, призванный своей экзистенцией онтологизировать абсолютное в его именной форме, т.е. именитствовать с одной лишь целью: своим бытием составлять обитель Бога. Имение Астрального человека — это земная онтология Духа. Мир именитствующего Субъекта — это дом, ойкос без стен и дверей, это всего лишь некая "ментальная твердь", в которой Дух обретает опору, это проекция онтологии Целостного Космоса на именное существование Бесконечного Субъекта.

В качестве Пустотного Субъекта Астральный Человек был свободен, как Бог, с той лишь существенной разницей, что его свобода все же ограничивалась пределами космологического имения. Бог же в качестве безымянного Символа своей обителью имеет всю порождаемую им Вселенную, а потому абсолютно свободен. Будучи поименованным самим Богом, Сакральный Субъект все время стремится восстановить свой самый высокий онтологический статус, каковым он потенциально обладал до момента своего порождения, пребывая там, где, как утверждал Экхарт, он был равным Богу во всей своей бесконечной и безымянной неопределенности. Самотрансцендированием, выхождением за пределы своей именной формы Символа в абсолютную символическую реальность сакральной Пустоты, Ничто, Сакральный Субъект и осуществляет достраивание Космоса до антропо-космической сверхцелостности, до Ноосферы.

Преодолевая именную форму своей астральной символичности, Человек таким образом перманентно достраивает свою Самость до абсолютной пустотности и возрождается в Духе. Астральный Человек — это не просто абсолютно покоящийся Бог, а Бог, постоянно возвращающийся в вечные Покои своей Вселенной из временного земного Имения.

Основным способом экзистенциальной практики самотрансцендирования выступает символизация всех форм Сущего, придание им космологического онтологического статуса. Символизация Сущего — важнейшая сторона креативной активности Субъекта, не только в его абсолютной, но и в именной форме. Для того чтобы нечто сотворенное и проявленное обладало имманентностью, оно должно быть соотнесено с трансценденталией, в которой потенциально содержится в качестве неявного именного значения. Креативный акт в семантическом аспекте и есть перевод имманентной формы значения из трансцендентно-потенциальной в феноменологически-актуальную форму, в которой она инобытийствует, оставаясь непостижимой для Рацио.

Созданием Человека Бог как бы завершает свою "явную" символизирующую интенциональность, и именно за Человеком он закрепляет эту важнейшую сакрально-демиургическую функцию. Расширенное воспроизводство Мира в его все более проявляющихся формах и символизация содержащихся в них инновационных элементов становятся прерогативой Человека. Бог продолжает творить, но уже "для Человека и во имя Человека", Человеку же он поручает придавать символические значения новым членам его расширяющегося родового именитства.

Символизация Сущего является далеко не узкосемантической, а предельно широкой мировоззренческой проблемой, в которой содержится и собственно онтологический ее аспект. От того, насколько корректно она ставится как проблема онтологическая, во многом зависит продвижение в понимании сущности экзистенции самотрансцендирующего астрального субъекта.

В протосущности Человека в снятом виде одновременно присутствуют две взаимосвязанные онтологии: ноуменальная онтология, символизируемая его именем, доставшимся ему в момент креации от Абсолюта, перманентно воспроизводимая его трансцендентной интенциональностью, и феноменальная онтология, компоненты которой обретают свою реальную бытийственность в силу его собственной именитствующей интенциональности. Процесс последующего перманентного символизирования элементов все более проявляющихся, распаковывающихся структур бытия есть в то же самое время и некая трансрациональная процедура последовательного переноса сакрального статуса с более целостных и непроявленных слоев бытия на нецелостные и проявленные. Вне такого трансфера невозможно поддерживать извечную гармонию Духа в беспрерывно расширяющейся иерархии присутствий Человека в Мироздании.

Человек как мировоспроизводящий демиург выступает в качестве Абсолютного Субъекта. Занимающийся творчеством человек, сам того не ведая, оказывается во всеобщем креативном потоке, воспроизводящем целостность Мироздания. Креация есть особая мировоспроизводящая практика, в процессе которой перманентно порождается целостность космического универсума и самопорождается Человек как Пустотный Субъект, как Демиург.

Что особо характерно для процесса креации? Нет того специального "материала", из которого нечто новое созидается. Демиург постоянно выходит за пределы своей пустотности, укореняется в Хаосе, дабы гармонизировать отношения с Самим Собой. Поэтому творчество всегда сакрально, оно есть таинство "за семью печатями", оно всегда пребывает за пределами рационального понимания сущности креативного акта. Технологии творчества нет и быть не может в принципе. Человек каждый раз заново воспроизводит Мир и Себя по алгоритму, который не существует не только в его проявленной форме, но и в самой пустотной ментальности. В акте творчества одновременно воспроизводится семантическая, онтологическая и ментальная пустотность Сущего. Верхняя бездна Бытия, за которой Человек в акте креации погружается в онтологию Хаоса, начинает активно пульсировать высшими онтологическими смыслами. Погружаясь в предонтологию Абсолюта, Человек-Демиург заново творит непроявленную и пустотную Целостность Миpa. Креация есть не что иное, как перманентное самотрансцендирование — систематическое выхождение за пределы пустотной сущности Мира. В процессе креации Человек-Демиург воспроизводит свою внутреннюю духовную витальность в форме внешней витальной духовности. Космос, таким образом, есть столь же живое и животворящее существо, как и порождающий его Человек-Демиург. «Бог, — утверждает Платон в "Тимее", — пожелавши возможно более уподобить мир прекраснейшему и вполне совершенному среди мыслимых предметов, устроил его как единое видимое живое существо, содержащее все сродные ему по природе живые существа в себе самом»23.

Итак, доминантой в многомерной самотрансценденции астрального субъекта выступает креация, основу которой составляют трансцендирование и символизация. Человек — субъект креативного процесса в его именной (авторской) форме. Он породил целый универсум имен, явившийся разверткой собственного освященного Абсолютом человеческого имени. Человеческое именитство перманентно переводит действительность из плана ноуменального в план феноменальный, тем самым способствуя саморасширяющейся и самопроявляющейся вселенной Духа вечно пребывать в Человеке в качестве трансцендентного Я.

Креация есть такой же особый способ существования космического универсума, как общение — для человеческого универсума, деятельность — для социального универсума и познание — для природного универсума. В то же время креация в снятом виде содержит в себе трансцендентные формы общения, деятельности и познания, которые обособляются от нее в качестве особых способов существования по мере перманентного возникновения вложенных универсумов. Креация как совокупность внутрисубъектных "самоизменений" своими модификациями неявно присутствует и в проявленных формах общения, деятельности и познания, составляя для них единое основание человеческой активности, каковым выступает творчество. Творчество и есть совокупность производных и проявленных форм Креации — процесс инновирования протосущности в посткосмических универсумах.

Человек является не только объектом, но и субъектом космогенеза. Выступая порождением всеобщего креативного процесса, основу которого составляет абсолютная эманирующая субстанция Духа, Человек всей своей последующей историей призван проявлять, распаковывать трансцендентное Ничто в эмпирические формы Нечто, т.е. развертывать потенциальности Пустоты в целостный континуум актуализированных онтологических, символических и ментальных форм Сущего. Причем осуществлять это он должен таким образом, чтобы наиболее исчерпывающе выполнять основную свою космологическую функцию — перманентно и творчески трансцендировать Себя в Абсолют. «Задачей земного человеческого творчества, — писал С.Н. Булгаков, — является, в конце концов, найти свой подлинный, вечно-сущий лик, себя выявить. Поэтому по тоносу своему оно эротично, причем всякое творчество по своему существу есть самосозидание, самотворчество. Вся земная жизнь суммируется в нахождении своего собственного лика. И "наука всех наук", "духовное художество" аскетики, ставит перед человеком прямо эту задачу создания "внутреннего человека", обретения своей подлинной сущности путем длинной и мучительной работы над самим собой, духовно-художественным подвигом»24.

В рамках самотрансценденции Субъекта космический универсум обретает свою абсолютную устойчивость, ибо его основными параметрами выступают Вечность и Бесконечность. Поскольку Человек в качестве Абсолюта вечен и бесконечен, постольку его самое высокое призвание — все время существовать в сфере Духа независимо от того, насколько расширился его внутренний и внешний мир. Перманентной самотрансценденцией он должен пытаться удерживать Мироздание в целостности.

Примечания

15 Бергсон А. Творческая эволюция. – М., 1914. – С. 221.

16 Прокл. Первоосновы теологии // Прокл. Первоосновы теологии. Гимны. – М., 1993. – С. 40.

17 Флоренский П.А. Столп и утверждение истины: В 2 т. – М., 1990. – Т. 1. – С. 44.

18 Бердяев Н.А. Смысл творчества // Бердяев Н.А. Философия свободы. Смысл творчества. – М., 1989. – С. 355.

19 Франкл В. Поиск смысла жизни и логотерапия // Психология личности: Тексты. – М., 1982. – С. 126.

20 Бердяев Н.А. Экзистенциальная диалектика божественного и человеческого // Бердяев Н.А. О назначении человека. – М., 1993. – С. 312.

21 Бердяев Н.А. Дух и реальность – С. 397.

22 Экхарт М. Духовные проповеди и рассуждения. – М., 1991. – С. 105.

23 Платон. Соч. – М., 1971. – Т. 3, ч. 1. – С. 471.

24 Булгаков С.Н. Свет невечерний. – М., 1994. – С. 212.

 

 

Вернуться к оглавлению


Далее читайте:

Фёдоров Юрий Михайлович (1936-2001), русский мыслитель.

Федоров Ю.М. Сумма антропологии.  М., 2009.

Федоров Ю.М. Онтологические формы и функции технологии. Очерки философии техники: Учебное пособие /Под ред. Манько Ю.В./СПбГУТД. – СПб., 2000. – 206 с.

Философы, любители мудрости (биографический справочник).

Русская национальная философия в трудах ее создателей (специальный проект ХРОНОСа).

 

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ



ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС