Олег Анатольевич Платонов

История русского народа в XX веке.

Содержание

Глава 29

Григорий Распутин. - Антирусский миф. - Отношения с царской семьей. - Добротолюбие. - Бессребренность. - Излечение Наследника. - Советы Царю.

Думаем, что мы не будем далеки от истины, писала в 1914 году русская патриотическая газета "Московские ведомости", если скажем, что Распутин - "газетная легенда" и Распутин - настоящий человек из плоти и крови - мало что имеют общего между собой. Распутина создала наша печать, его репутацию раздули и взмылили до того, что издали она могла казаться чем-то необычайным. Распутин стал каким-то гигантским призраком, набрасывающим на все свою тень.
Зачем это понадобилось? - спрашивали "Московские ведомости" и отвечали: "Он нужен был лишь для того, чтобы скомпрометировать, обесславить, замарать наше время и нашу жизнь. Его именем хотели заклеймить Россию..." Как справедливо отмечал царский врач Е.С. Боткин: "Если бы не было Распутина, противники царской семьи и подготовители революции создали бы его своими разговорами из Вырубовой, не будь Вырубовой - из меня, из кого хочешь".[1]
Все нападки, клевета, ложь, которые обрушились на Распутина, на самом деле предназначались не ему, а Царю, символизирующему собой Родину и Русское государство. Нащупав самое тонкое, самое нежное, самое интимное место в жизни царской семьи, враги Царя и России стали с методической старательностью и изощренностью бить по нему, как в свое время они били по Иоанну Кронштадтскому, находившемуся в дружеских отношениях с Александром III.
Царь и Царица не были религиозными фанатиками, их религиозность носима органичный, традиционный характер. Православие для них было ядром существования, идеалом - кристальная вера русских Царей эпохи первых Романовых, вера, неразрывно сплетенная с другими идеалами Святой Руси, народными традициями и обычаями,
Конец XIX - начало XX века характеризовались глубоким духовным кризисом вследствие отказа от российских духовных ценностей, традиций и идеалов, перехода значительной части образованного общества на основы существования по западной шкале координат. Царь, по своему положению являвшийся верховным хранителем народных основ, традиций и идеалов, ощущал трагический исход этого кризиса и очень нуждался в людях, которые были близки ему духовно. В этом, на наш взгляд, заключалась главная причина сближения царской четы и Григория Распутина. Тяга Царя и Царицы к Распутину носила глубоко духовный характер, в нем они видели старца, продолжающего традиции Святой Руси, умудренного духовным опытом, духовно настроенного, способного дать добрый совет. И вместе с тем они видели в нем настоящего русского крестьянина - представителя самого многочисленного сословия России, с развитым чувством здравого смысла, народного понимания полезности, своей крестьянской интуицией твердо знавшего, что хорошо, а что плохо, где свои, а где чужие.
"Я люблю народ, крестьян. Вот Распутин действительно из народа", - говорила Царица, а Царь считал, что Григорий - "хороший, простой, религиозный русский человек. В минуты сомнения и душевной тревоги я люблю с ним беседовать, и после такой беседы мне всегда на душе делается легко и спокойно". Эту мысль он неоднократно повторяет в переписке и беседах.
Царь с Царицей уважительно называли Распутина "наш Друг" или "Григорий", а Распутин их - "Папой и Мамой", вкладывая в это понятие "отец и мать народа". Беседовали друг с другом только на "ты".
В жизни царской семьи, по мнению Вырубовой, Распутин играл такую же роль, как святой Иоанн Кронштадтский, "Они так же верили ему, как отцу Иоанну Кронштадтскому, страшно ему верили и, когда у них горе было, когда, например, наследник был болен, обращались к нему с просьбой помолиться" (из протокола допроса А.А. Вырубовой).
До последней минуты царская чета верила в молитвы Григория Распутина. Из Тобольска они писали Анне Вырубовой, что Россия страдает за его убийство. Никто не мог поколебать их доверие, хотя все враждебные газетные статьи им приносили и все старались им доказать, что он дурной человек. Не следует думать, что Царь и Царица были наивными, обманутыми людьми. По обязанности своего положения они неоднократно устраивали негласные проверки достоверности полученной информации и каждый раз убеждались, что это клевета. Более того, царская семья знала, с каким глубоким уважением к Распутину относились многие почтенные люди.
Известный исследователь русских религиозных движений В.Д. Бонч-Бруевич считал Григория Распутина одной из самых ярких личностей своей эпохи. Передавая свои впечатления от встреч с Распутиным, ученый, в частности, рассказывал: - Для народушка жить нужно, о нем помыслить...- любит говорить он>.
Святой Иоанн Кронштадтский верил в Григория Распутина, считая его выдающимся странником и молитвенником, т.е. человеком, чья молитва Богу всегда угодна.
Множество людей приходили к Распутину с просьбой помолиться за их дела, присылали телеграммы и письма. В архивах сохранилось немало телеграмм, содержащих эту просьбу. Но больше всего ценился прямой контакт с ним. Непредвзятые источники свидетельствуют, что в личной встрече он просто очаровывал людей своей какой-то особой уверенностью, умением поставить себя, доброжелательностью и просто добротой. Многие старики из его родного села Покровского в Тюменской области говорили, что главное в нем - доброта: "Он был добрый и хороший человек, зло о людях не говорил". Это подтверждают показания министра внутренних дел Протопопова: "...зло не говорил про людей, это мне нравилось...", а также впечатление других людей, встречавшихся с ним. Граф С.Ю. Витте сказал о Распутине: "Поистине, нет ничего более талантливого, чем талантливый русский мужик. Какой это своеобразный, какой самобытный тип! Распутин абсолютно честный и добрый человек, всегда желающий творить добро..."
Письма Царицы супругу наполнены глубочайшей верой в Григория Распутина.
"Слушай нашего Друга, верь ему, его сердцу дороги интересы России и твои. Бог недаром его нам послал, только мы должны обращать больше внимания на его слова - они не говорятся на ветер. Как важно для нас иметь не только его молитвы, но и советы!"
"Ах, милый, я так горячо молю Бога, чтобы он просветил тебя, что в нем наше спасение: не будь Его здесь, не знаю, что было бы с нами. Он спасает нас своими молитвами, мудрыми советами, Он - наша опора и помощь".
И наконец, незадолго до убийства Григория, 5 декабря 1916 года: "Милый, верь мне, тебе следует слушаться советов нашего Друга. Он так горячо, денно и нощно, молится за тебя. Он охранял тебя там, где ты был, только Он, - как я в том глубоко убеждена... Страна, где Божий человек помогает Государю, никогда не погибает. Это верно - только нужно слушаться, доверять и спрашивать совета, - не думать, что Он чего-нибудь не знает, Бог все ему открывает. Вот почему люди, которые не постигают его души, так восхищаются Его умом, способным все понять. И когда он благословляет какое-нибудь начинание, оно удается, и если Он рекомендует людей, то можно быть уверенным, что они хорошие люди. Если же они впоследствии меняются, то это уже не Его вина, - но Он меньше ошибается в людях, нежели мы, - у Него жизненный опыт, благословенный Богом".
Мы не имеем морального права комментировать эти слова, ибо еще так мало знаем мир высших чувств, которыми жила царская семья. Спасение России по пути следования народным традициям, основам и идеалам было отвергнуто большинством образованного общества. Мозг нации был болен недугом чужебесия, при котором отечественные ценности представлялись мракобесием и реакцией.
Царь и Царица часто обращаются к Распутину за помощью и молитвой. Вот довольно характерная строчка из письма Царицы Царю: "Я просила Аню телеграфировать нашему Другу, что дело обстоит очень серьезно и что мы просим его помолиться".
"Наш Друг благословляет твою поездку", - нередко пишет Царица Царю.
Дело доходит до того, что Царица видит особые свойства в вещах, принадлежащих Распутину, рассматривает их как своего рода святыни. "Благословляю и целую, мой дорогой, не забудь причесаться маленькой гребенкой", - говорила Царица супругу в особо ответственные периоды. Гребенка эта была подарена Царю Распутиным. Или в другом месте: "Не забудь перед заседанием министров подержать в руке образок и несколько раз расчесать волосы Его гребнем".
Всегда, приезжая по первому зову царской семьи, Григорий денег от них для себя лично не принимал, за исключением сотни рублей, которые они ему посылали на дорогу (а позднее они оплачивали его квартиру). Хотя иногда он брал у них деньги для передачи на разные благотворительные нужды, в частности, от них он получил 5 тыс. рублей на строительство церкви в селе Покровском.
Как отмечается многими современниками, Распутин по природе был человек широкого размаха, двери его дома всегда были открыты; там всегда толпились многочисленные посетители. Если кто-то голодный приходил и просил есть, его не спрашивали об имени, кормили тем, что было у самих хозяев. "Распутин постоянно получал деньги от просителей за удовлетворение их ходатайств, широко раздавал эти деньги нуждающимся и вообще лицам бедных классов..." - позднее писал член следственной комиссии Временного правительства Руднев. Когда требовалась большая сумма, он писал записку тому или иному богатому человеку с просьбой выделить деньги нуждавшимся. Сам Распутин денег почти не имел, если они появлялись, он их сразу раздавал. После его смерти семья осталась без гроша.
Удивительно трогательные взаимоотношения складываются у Распутина с царскими детьми. Когда Распутин бывает во дворце, он беседует с ними и наставляет их. Они пишут ему письма и поздравительные открытки, просят его помолиться об успехе в учебе. "Дорогой, мой маленький! - пишет Григорий царевичу Алексею в ноябре 1913 года. - Посмотри-ка на Боженьку, какие у него раночки. Он одно время терпел, а потом так стал силен и всемогущ - так и ты, дорогой, так и ты будешь весел и будем вместе жить и погостить. Скоро увидимся". Перед войной готовилась поездка царевича Алексея вместе с Распутиным в Верхотурский монастырь к мощам Симеона Верхотурского.
По желанию царской семьи Распутину специальным Указом дается другая фамилия - Новых. Это слово было одно из первых слов, которое произнес Наследник Алексей, когда начал говорить. По легенде, увидев Григория, младенец закричал: "Новый! Новый!" Отсюда и эта фамилия.
Для царской семьи Григорий стал олицетворением надежд и молитв. Встречи эти были не часты, но так как проводились негласно и даже тайно, то рассматривались придворными как события огромной важности, о которых на следующий день становилось известно всему Петербургу. Григория проводили, как правило, боковым выходом, по маленькой лесенке и принимали не в приемной, а в кабинете Царицы. При встрече Григорий целовался со всеми членами царской семьи, а затем уж вели неторопливые беседы. Распутин рассказывал о жизни и нуждах сибирских крестьян, о святых местах, где ему приходилось бывать. Слушали его очень внимательно, никогда не перебивали. Царь с Царицей делились с ним своими заботами и тревогами и прежде, конечно, постоянной тревогой за жизнь сына и Наследника, больного неизлечимой болезнью. Как правило, и он, если не был болен, сидел здесь же и слушал.
Как бы это ни объясняли, но Григорий Распутин был единственный человек, способный помочь Наследнику в его болезни. Как он это делал, наверно, навсегда останется тайной. Но факт есть факт, страшная болезнь несворачиваемости крови, перед которой были бессильны лучшие доктора, отступала при вмешательстве Григория. Тому есть множество свидетельств, даже со стороны лиц, ненавидевших его. Так, дворцовый комендант В.Н. Воейков писал в своих воспоминаниях "С Царем и без Царя": "С первого же раза, когда Распутин появился у постели больного Наследника, облегчение последовало немедленно. Всем приближенным царской семьи хорошо известен случай в Спаде, когда доктора не находили способа помочь сильно страдавшему и стонавшему от болей Алексею Николаевичу. Как только по совету А.А. Вырубовой была послана телеграмма Распутину и был получен на нее ответ. боли стали утихать, температура стала падать и в скором времени Наследник поправился".
Безусловно, Царь прислушивался к советам Григория. Из царской переписки видно, что Царь с вниманием выслушивал предложения Распутина и нередко принимал их. Особенно это касалось кандидатур на посты руководителей Святейшего Синода и передвижение епископов в различные епархии, хотя на последнем этапе своей жизни Григорий принимает участие и в подборе кандидатур на посты министров и губернаторов. Во всех случаях он высказывал только свое мнение. Влияние его на Царя было чисто духовным. А Царь ждал от Григория высших духовных откровений, как бы санкций Божественной власти.
Только не надо считать Николая II послушным исполнителем указов Распутина. То, что он советовался с Григорием, вовсе не означало что он принимал все его советы. При решении абсолютного большинства вопросов Николай не ставил в известность ни Распутина, ни даже Царицу. О многих его решениях они узнавали уже из газет или других источников. В одном из писем к своей супруге Николай достаточно твердо и даже жестко говорит: "Только прошу тебя не вмешивать нашего Друга. Ответственность несу я и потому желаю быть свободным в своем выборе".
 

© Олег Анатольевич Платонов, 1995
© Издательство “ВОСКРЕСЕНIЕ”

© RUS-SKY, 1999 г. - перепечатывается с адреса: http://rus-sky.org/history/library/plat-r.htm

 

Редактор Вячеслав Румянцев 23.01.2002

| Карта сайта | На первую страницу | Указатели |

Указатель имен:

XPOHOC

Rambler's Top100 Rambler's Top100