I Романовские чтения
       > НА ГЛАВНУЮ > РУССКОЕ ПОЛЕ > РОМАНОВСКИЕ ЧТЕНИЯ >

ссылка на XPOHOC

I Романовские чтения

2009 г.

РУССКОЕ ПОЛЕ


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
ФОРУМ ХРОНОСА
НОВОСТИ ХРОНОСА
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
1937-й и другие годы

I Романовские чтения

Савинова А.Н., к.и.н. (Кострома)

Король-философ о России  и династии Романовых в век Просвещения

В эпоху Просвещения для государей, втянутых в орбиту европейской политики, пожалуй, как никогда ранее становится важным политический «имидж» монарха-философа. Под влиянием этой политической моды между властителями начинается своеобразное соперничество за право быть в ряду выдающихся просвещенных политиков. И более прочих основания называться королем-философом имел прусский король Фридрих II, писатель и просветитель.

Этот известный монарх имел подражателей самого высокого ранга, наиболее сильные симпатии к образу его правления испытывали самые непопулярные и несчастливые представители Дома Романовых: императоры Петр III и Павел I.

Отношения России и Пруссии за 46 лет правления Фридриха II Гогенцоллерна переживали разные времена. От настороженности и открытой вражды маятник русско-прусских связей склонялся в сторону союзничества и партнерства. Полярность периодов отношений двух стран не отменяла непреходящую стратегическую важность для Фридриха отношений с молодой империей. «Из всех соседей, - писал король в «Истории моего времени»(1775 г.), – Российская империя, как самая опаснейшая, наиболее заслуживает внимание: она сильна и близка»1

Во многом характер представлений короля объясним источниками о России. Не побывав в России сам, он боле всего доверял прусским посланникам, побывавшим в далекой Московии (И. Фоккероду, Мардефельд), среди которых и брат короля принц Генрих, дважды посетивший Россию с дипломатическими миссиями. В этой связи нетрудно увидеть придирчивый взгляд европейца в суждениях короля о России, её истории, правителях и народе. Мнение Фридриха о чуждой ему культуре и цивилизации покоилось на двух основаниях: во-первых, он никогда не относил Россию к европейским государствам, а во-вторых, согласно распространенной среди западных мыслителей XVIII в. периодизации человеческой истории, выделявшей три ступени в развитии общества и государства: дикость, варварство, цивилизация, Россия находилось, по убеждению просвещенного короля, в варварском состоянии, а ее история начиналась с правления Петра I, именно с того момента, когда она начала свое вхождение в европейскую политику.

Придерживаясь подобного взгляда на Россию, прусский король не мог претендовать на оригинальность суждений. Все же нельзя не отметить несколько любопытных сюжетов, связанных с восприятием просвещенного короля загадочной для европейца страны и её народа. В немалой степени своеобразие части его размышлений о России является следствием его достаточной независимости от развития внутрироссийской ситуации, свободой от государственных доктрин русского самодержавия и стремления многих царствующих участников дворцовых переворотов 30-50-х гг легитимировать свой приход к власти. XVIII. Особое место в видении короля занимают характеристики российских монархов и их окружения.

Личности русских самодержцев занимали центральное место в системе взглядов короля. Как и для многих европейцев того времени, история России для Фридриха II начиналась примерно с правления Ивана IV.  Первым из Романовых начало европеизации России положил Петр I: «труды Петра Первого, для благоустроения сего народа, действовали на него так, как крепкая водка действует на железо. Он (Петр) был крупным законодателем и основателем этой Империи, он создал воинов и министров, он построил город Санкт-Петербург, основал знатную морскую силу и все для того, чтобы Европа почитала его народ и чрезвычайные его дарования»2.

 Признавая положительное значение петровских реформ для российского государства, Фридрих был уверен – Россия страна «полуазиатская» и до Европы ей далеко. В самом царе-реформаторе слишком много было «русского и варварского» (что для Фридриха звучало практически синонимично – А.С.), чтобы тот мог претендовать на звание е просвещенного монарха. Фридрих II был далек от идеализации личности Петра и его реформ. В «Истории Бранденбургской» король подчеркивает насильственный и поверхностный характер преобразований в России первой четверти XVIII в.: «хотя Петр I и остриг бороды своим россиянам, поправил их в вере, одел некоторых из них по-французски, и научил их языкам, но со всем тем, будут ещё долго отличать россиян от французов, итальянцев и других европейских народов»3. Довершали дело европейской модернизации России уже преемники Петра.

 Иной в сравнении с распространённой оценкой царствования Анны Иоанновны, как мрачного периода русской истории, выглядит характеристика личности и правления этой царицы. Указывая на положительные стороны внешней и внутренней политики, Фридрих ставил в заслугу Анне «покровительство наукам», «щедрость в своих награждениях, строгость в своих наказаниях, благотворительность и роскошь без излишества»4

 Положительные результаты правления Анны Иоанновны Фридрих во многом объясняет привлечением к делам государственным «мужей, которые России могли быть полезны». Среди выдающихся государственных деятелей Российской империи эпохи Анны Иоанновны Фридрих выделял «искусного кормчего» графа А.И. Остермана, графа Р. Левенвольде и М.Г. Головкина. Заслуживает внимания также характеристика фельдмаршала Миниха, который, как считал король, «имел добродетели и погрешности великого полководца»5

Политическая нестабильность русского двора после смерти Петра I была известна в Европе. В 1752 г. король выдвинул справедливое предположение о продолжении в Петербурге «самых странных переворотов». Виной тому является «скверное правление Елизаветы Петровны», из-за которого Россия будет проигрывать новые военные компании. В политике Елизаветы он отказывался видеть преемственность с преобразованиями ее выдающегося отца. Во внутренней политике «эта сладострастная женщина (Елизавета) неудачно усиливает власть духовенства, освобождая его от всех налогов, которые установил Петр I, расстраивает финансы неумелым управлением и своими расходами, разлагает армию отсутствием дисциплины…» Осудил он Елизавету и за псевдопатриотизм в военной политике – отставку иностранных офицеров. Нелестным образом охарактеризовал Фридрих и наследника императрицы пруссофила Петра Федоровича как безумного человека без потомства, ненавидимого русскими. В России, без сомнения, произойдет переворот, подытоживал король, «будь то при жизни царицы, будь то после её смерти». Сценарий возможного переворота в России, созревший у короля, был далек от реальности. Свергнутый Иван Антонович и его приверженцы прогонят голштинского принца с престола, а, возможно, претенденты и поделят огромную империю. Приход «русской партии» во главе с юным Иваном означает окончание европеизации в России. Это будет правление «варвара», воспитанного в русском монастыре. Фридрих, по существу, надеялся, что гигантская Российская империя распадется вследствие династической борьбы и междоусобиц. «Гражданские войны в России и раздел этой империи, - писал он, - вот что было бы самым благоприятным для Пруссии и всех северных стран»6. Таким образом, к середине XVIII в. положение российской правящей династии было оценено как крайне неустойчивое, в любой момент грозившее разразится политическим кризисом.

Несмотря на участие России в Семилетней войне против Пруссии, Фридрих II не считал все же её своим подлинным противником. «Между ней и Пруссией нет спорных вопросов. Только случай делает её нашим врагом, – рассуждал он, - политика России направлена на то, чтобы сохранить за собой решающее превосходство в Польше, поддерживать отношения с Австрией, чтобы с её помощью гарантировать себя от неожиданного нападения турок, и сохранять максимум влияния в северных государствах»7.

Благосклонность Российской империи была жизненно необходима для успешного проведения внешнеполитической линии Пруссии. Фридрих, осознававший эту необходимость, как никто другой, стремился к укреплению междинастических связей России и Пруссии. Наиболее показательна в этом отношении роль, сыгранная прусским монархом при выборе супруги для великого князя Петра. Впоследствии признательность Екатерины Фридриху за содействие в заключении выгодного брака видна из ранних материалов частной переписки, в которой она состояла с прусским королём вплоть до его кончины. Долгое время в историографии преувеличивалось влияние просвещенного короля Пруссии на взгляды и характер правления Екатерины II. Став императрицей, Екатерина устанавливает отношения с прусским двором и с самим Фридрихом не только на основе паритета, но и позволяет себе диктовать свою политическую волю умудренному политическим опытом прусскому монарху, что крайне болезненно воспринималось ее прежним наставником.

 Известно, что Екатерина, настроенная на реформирование российского государства в духе идей Просвещения, отсылала королю свой «Наказ» с просьбой высказать замечания к проекту. Будучи умным человеком, но непосвященным во все тонкости российских порядков, Фридрих дал совет в духе собственного утверждения о том, что «дурные законы в хороших руках исполнителей хороши, а самые лучшие в руках дурных исполнителей вредны». «Я поставил себя на ваше место, - вежливо советовал король, - и, прежде всего, уразумел, что каждая страна требует особых рассмотрений … я должен откровенно сказать вам: именно, государыня, прекрасные законы, составленные по правилам, начертанным вами, нуждаются в законоведах, чтобы быть приведенными в исполнение в вашем обширном государстве, вам остаётся совершить ещё одно – это основать академию прав, чтобы образовать там людей, предназначенных на судейские места»8.

 Доверительная переписка между двумя монархами изобилует взаимными признаниями в дружбе и понимании. Пожалуй, в комплиментах прусский король превосходил даже русскую императрицу. Возвышенные заверения прусского короля о признании России в лице Екатерины «арбитром Севера» являлись лишь частью искусной дипломатии Фридриха; они не должны отвлекать нас от сути личной переписки двух монархов, состоявшей в обмене мнениями по важнейшим внешнеполитическим вопросам и в поддержании общих интересов Берлина и Петербурга. Примечательно, что король не связывает честолюбие молодой империи с личной дипломатией Екатерины II, преимущественно исходя из общетеоретических соображений объективного характера. В целом, Фридрих, как обоснованно отметил Х. Духхардт, не дал всесторонней оценки политики Екатерины II. В тестаменте 1768 г. он сосредоточил внимание на придворных интригах, её фаворитах и любовниках, осудил её за убийство мужа9.

Во втором завещании, составленном под воздействием тяжелого опыта Семилетней войны, Фридрих отделяет великие державы от государств второго и третьего разряда. При этом, называя среди великих держав, наряду с Англией и Францией, также Австрию и Россию, он уже не причисляет к ним Пруссию, Голландию и Испанию. Он отмечал, что Россия, имея за плечами войну, в которой сыграла решающую роль, является теперь крупнейшей империей мира, и речь идет не только о территории, но, в первую очередь, о растущей численности населения. По мере роста населения Россия должна стать «самой опасной державой для Европы, если со временем приведет часть своих невозделанных земель в культурное состояние». И хотя цивилизаторская миссия Романовых застопорилась при петровских преемниках, все же  неприступность границ России «внушает ей большую гордость и отвагу», а вечный раздор Пруссии с австрийским домом мешает заключению «честного союза во имя совместного противодействия предприятиям этого народа». Россия, по мнению Фридриха, пользовалась этими ошибками: «Благодаря нашей слабости она сильна и таким образом притязает на силу и могущество, которым впоследствии лишь с трудом можно будет представить пределы»10. Очевидно, что его страх перед наводнением Европы бесчисленными нерегулярными «полчищами» русских войск, за которым следует гибель европейской цивилизации, хотя и не подтвердился в ходе Семилетней войны, оформился в постоянную константу его отношения к России – фобию перед динамичным развитием империи. Этот страх отражал скорее не существующее положение вещей, но был направлен в будущее.

 

Примечания

[1] Friedrich der Grosse. Geschichte meiner Zeit // Die Werke Friedrichs des Grossen. Bd II. – Berlin: Verlag von Heimar Robbing, –  1912. – S.87.

2 Там  же. S.70-72.

3 Фридрих II. История Бранденбургская с тремя рассуждениями о нравах, обычаях и успехах человеческого разума, о суеверии и законах, о причинах установления и уничтожения законов. Сочинение.Ч.1-4/Пер.с фр. А.А Волынцевой, – М.,1770. – С.184.

4 Friedrich der Grosse. Geschichte meiner Zeit // Die Werke Friedrichs des Grossen. Bd II. – Berlin: Verlag von Heimar Robbing, –  1912. –  S.86.

5 Friedrich der Grosse. Geschichte meiner Zeit // Die Werke Friedrichs des Grossen. Bd II. – Berlin: Verlag von Heimar Robbing, – 1912. –  S.87-89.

6 Friedrich der Grosse. Das Politische Testament von 1752 // Аusgewählte Quellen zur deutschen Geschichte der Neuzeit. B-de XXII. – Osnabrück,1996. – S.232, S.234.

7 Friedrich der Grosse. Das Politische Testament von 1752 // Аusgewählte Quellen zur deutschen Geschichte der Neuzeit. B-de XXII. – Osnabrück,1996. – S.208.

8 Переписка между Екатериной II и Фридрихом II /Сборник Императорского Русского исторического общества. Т.20, – СПб. – 1877. –  С.130.

9 Духхард Х. Россия в представлении Фридриха Великого // Россия, Польша, Германия в европейской и мировой политике XVI - XX вв. – М., 2002. C. 136.

10 Die politischen Testamente der Hohenzollern, bearb. von Richard Dietrich. – Koln [u.a.]: Bohlau, – 1986. – S.198-199, S.203, S.210.

I Романовские чтения. История Российской государственности и династия Романовых: актуальные проблемы изучения. Кострома. 29-30 мая 2008 года.


Далее читайте:

Кострома, центр Костромской обл. Расположена на Костромской низменности.

Истоки династии Романовых (справочные статьи).

Романовы: начало рода, (генеалогическая таблица).

Династия Романовых (подробная схема).

Династия Романовых (биографический указатель).

 

 

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ



ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС