Маргарита Гришкина
       > НА ГЛАВНУЮ > СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ > СТАТЬИ 2011 ГОДА >

ссылка на XPOHOC

Маргарита Гришкина

2011 г.

СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
ФОРУМ ХРОНОСА
НОВОСТИ ХРОНОСА
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
1937-й и другие годы

Маргарита Гришкина

Об одном событии

 

Казаки Шемай и Кубиш передают Ивану Грозному
просьбу арских удмуртов о помиловании и направлении к ним послов

В этом году Удмуртия официально празднует 450-летие (на самом деле, по всей видимости, 451-летие) вхождения в состав России. Дата даже с исторической точки зрения достаточно древняя. Правда, говорить, скорее, необходимо о давности контактов русского, только еще формирующегося, народа с древнеудмуртскими племенами. И тогда эту дату необходимо углублять. С другой стороны, как мы знаем, Удмуртия получила государственность относительно недавно, 4 ноября 1920 г. А в XV-XVI вв. ее земли являлись восточными окраинами Вятской республики и Казанского ханства, окончательно присоединенными к Московскому государству соответственно в 1489 и 1557 гг.

Судя по дошедшим до нас письменным источникам, которые подтверждаются археологическими находками, в конце XII в. начинается русская колонизация территории расселения северных удмуртов. Новопоселенцы проникали в бассейн Вятки из владений Новгорода Великого, двигаясь по Северной Двине, Югу, Моломе, а из Владимиро-Суздальской земли – по Волге, Унже, Ветлуге на р. Молому и затем на р. Вятку. Оба потока поселенцев встречались в бассейне средней Вятки, от р. Моломы на севере до р. Пижмы на юге, где основали свои деревни, починки и погосты.

В вятских повествовательных источниках конца XVII – начала XVIII в. появление русских на р. Вятке отнесено к 1181 (или 1184) г. В них сообщается, что отряд новгородцев доплыл до верховий Камы, оттуда перешел на р. Чепцу и двинулся вниз по течению, покоряя поселения «чуди-отяков». В устье Чепцы новгородцы захватили Чудь-Болвановское городище, поселились на нем и назвали его Никулицыном. «Повесть о стране Вятской», кроме того, сообщает, что второй отряд новгородцев захватил марийский городок Кокшаров и при его заселении переименовал его в Котельнич. Пожив некоторое время в этих городах, оба отряда встретились на р. Хлыновице и основали в ее устье г. Хлынов, ставший центром Вятской земли. По преданиям удмуртов, столица Вятской земли была построена на месте древнего поселения, где у потестарно-политического объединения Ватка имелась Быдз'ым куа (Великая куала – храм) для общих молений. Официальной датой основания г. Хлынова (современный Киров) в вятских документах конца XVIII в. считался 1199 г.

Первоначальная колонизация русскими бассейна Вятки не была массовой. В среде пришельцев, по всей вероятности, преобладали воины, о чем свидетельствует вооружение, составляющее заметную долю археологических находок в ранних слоях укрепленных поселений.

Приток русского населения заметно увеличился после разгрома русских княжеств татаро-монголами в 1237-1240 гг. Изменился и характер колонизации: среди прибывающих преобладало мирное крестьянское население, начавшее освоение земельных пространств края. Во второй половине XIII – первой половине XIV в. появилось много слобод, погостов, сел и деревень, основанных выходцами из Новгородской, Устюжской, Суздальской, Нижегородской и других земель. К ХV в. наладились систематические связи Вятки с Новгородом Великим, а через него – с европейскими рынками. Товаром, с которым вятчане проникали в Европу, была драгоценная пушнина. Наиболее крупные поселения: Вятка (Хлынов), Котельнич, Орлов превратились в типичные средневековые города. Под давлением русской колонизации удмурты начали постепенно переселяться с Вятки и низовий Чепцы на восток и юго-восток.

В политическом отношении Вятская земля длительное время сохраняла экономическую и политическую самостоятельность. В определении характера власти и политического строя Вятской земли среди историков нет единства. Начиная с XIX в., многие исследователи утверждают, что, как и Новгород Великий, это была вечевая республика.

Основную массу населения Вятской земли составляли крестьяне-земледельцы и ремесленники. Верхушка была представлена немногочисленными боярскими родами, затем шли средние и мелкие землевладельцы (житьи люди), купцы и духовенство. В долговой зависимости от бояр и житьих людей были холопы и кабальные люди.

Крестьяне (смерды) и ремесленники, а также коренное население, по-видимому, были обложены данью. В случае военной опасности все мужчины составляли военное ополчение (рать), которым командовали ватаманы и подвойские. Военные походы занимали большое место в жизни вятчан, совершавших постоянные набеги на соседей.

Новый значительный приток русского населения был связан с набегами золотоордынцев на соседнее с Вяткой Нижегородско-Суздальское княжество (1377 г. – поход царевича Арапши, 1382 г. – Тохтамыша). Последнее обстоятельство, по-видимому, дало повод нижегородскому князю Дмитрию Константиновичу считать Вятку своей вотчиной.

 

Иван Грозный направляет казанским
людям послов с жалованными грамотами

После смерти Дмитрия Константиновича в Нижегородско-Суздальском княжестве началась междоусобица между его сыновьями Семеном и Василием (Кирдяпой) и их дядей Борисом Константиновичем. Враждующие стороны имели поддержку: Семен и Василий Кирдяпа – великого князя Дмитрия Донского, а Борис Константинович – хана Тохтамыша. «Царь» Тохтамыш, по приглашению последнего, в 1391 г. направил на Вятку значительное войско во главе с царевичем Бектутом. Ордынцы опустошили и русские, и удмуртские селения, разрушили г. Вятку и вернулись с большим «полоном» и добычей.

Вятчане не привыкли оставаться в долгу. В 1392 г. вятская рать совершила поход на подвластные Орде земли бывшей Волжской Булгарии, захватила и разорила города Жукотин и Кашан.

Борьба между Борисом Константиновичем и его племянниками завершилась тем, что Нижний Новгород был закреплен за князем Борисом, а Семену и Василию Кирдяпе достались Суздальское княжество и Вятская земля. Однако в нижегородско-суздальские дела не преминула вмешаться Москва, ведущая линию на собирание русских княжеств.

В 1393 г. великий князь Василий I добился от Тохтамыша ярлыка на владение Нижегородско-Суздальским княжеством. Сыновьям Дмитрия Константиновича в удел осталась только Вятская земля. По весьма вероятным предположениям П.Н. Луппова, дворцовые владения этих князей располагались вокруг с. Никулицына и включали села Кстинино, Кирдяпино, Карино и др. В с. Никулицыне, недалеко от впадения р. Чепцы в Вятку, полагает он, проживала жена Семена Дмитриевича – княгиня Александра, а в 15 верстах от Никулицына, в с. Карине, были поселены арские князья, на которых возлагалась обязанность охранять княгиню.

 

Иван Грозный приводит арских людей к шерти

Вопрос о времени появления на Вятке арских князей и их происхождении вызывает массу разноречивых мнений и остается доныне открытым. Несомненная генетическая связь с каринскими (нукратскими, чепецкими) татарами дает основание большинству исследователей считать их представителями раннего, добулгарского, слоя тюрков или волжских булгар, либо золотоордынских татарских (кыпчакских) родов, или потомками ногайской знати. Но не исключено также, что арские князья были представителями удмуртской знати. Вполне возможно, что процесс их тюркизации произошел еще во времена господства Волжской Булгарии, а на Вятке они появились в золотоордынскую эпоху в качестве татарских князей и воспринимались местным населением уже не как удмурты, а как «бигеры».

Арские князья закрепили за собой в поместье крупные участки земли, поставили в зависимость удмуртских крестьян и стали крупными вятскими феодалами, взимая с подвластного населения дани и пошлины и обладая правом суда над ними.

Потомки последних суздальских князей продолжали жить на Вятке и не оставляли помыслов о возвращении Нижнего Новгорода и других «вотчин и дедин». В 1412 г. они даже смогли добиться в Орде передачи им ярлыка на Нижегородско-Суздальское княжение. Но Москва не стала считаться с волей золотоордынского хана и изгнала их из Вятки. Далее она попыталась управлять Вятской землей, присылая сюда своих наместников и тиунов. Однако их власть была номинальной, сохранялось местное выборное самоуправление: население продолжало выбирать земских воевод, ватаманов, подвойских, старост. Единственное, в чем вятчане уступили свои прерогативы, это внешняя политика, в которой они стали признавать главенство Москвы. Под ее началом жители Вятской земли принимали участие в борьбе Руси с Золотой Ордой. В 1409 г. Василий I предпринял поход на подчиненную Орде Волжскую Булгарию, использовав для этого территорию Вятской земли. Вятчане использовались Москвой и в борьбе с Великим Новгородом. Юрий Галицкий в 1417-1418 гг. организовал поход на Двинскую землю, в Заволочье. В походе участвовали галичане, устюжане и вятчане, командовал войском вятский наместник Михаил Рассохин.

В 1425 г. Василий I скончался, передав власть малолетнему сыну Василию. Права последнего на великокняжеский престол оспаривал его дядя – князь Юрий Галицкий с сыновьями Василием Косым, Дмитрием Шемякой, Дмитрием Красным и Иваном. Вятчане неизменно оказывали противникам Василия II серьезную помощь. Как отмечает А.В. Эммаусский, сепаратизм, который отстаивали галицкие князья, был на руку вятским боярам, житьим людям и купцам, которые стремились сохранить местную автономию.

В отечественной историографии до 80-х гг. XX в. это противостояние трактовалось достаточно однозначно как борьба представителей централизации с остатками княжеского сепаратизма. А.А. Зимин увидел в ней гораздо более глубокий смысл. Он убежден, что в этой войне, как и позже, в конце XV – первой половине XVI в., решался вопрос – по какому пути пойдет Русь: по более свободному, прозападному, с приоритетом предпринимательства, которым развивался Север с его соледобывающей промышленностью, или по крепостническому, средоточием которого был земледельческий центр. Борьба Москвы с Галичем, Вяткой, Устюгом была предвестником этого противостояния. Поражение противников Москвы означало, таким образом, окончательную победу крепостничества над вольницей и свободой.

Однако Вятка не собиралась так легко сдавать свои позиции. Вятчане спешно вооружались, укрепляли города. В 1457 (или 1458) г. Василий II направил на Вятку войско. Московская рать осадила г. Хлынов, но взять укрепленный кремль не смогла. В 1459 г. желанная победа над Вяткой была, наконец, одержана. Московская рать взяла Орлов и Котельнич, но под Хлыновом задержалась «бьяся на всяк день». Вятчане в конце концов приняли условие Москвы, били челом Василию II «на всей его воли».

Вятская земля стала управляться наместниками московского князя. Вятчане обязались платить великому князю дань. Однако, как показали последующие события, подчинение Вятки было опять-таки временным и номинальным. Феодальная верхушка Вятской земли продолжала вести независимую политику, постоянно лавируя между Московским государством и Казанским ханством.

В1468 г. вятчане были привлечены великим князем к участию в походе на Казанское ханство, но узнав, что казанский хан Ибрагим направился к Вятке, они спешно покинули московскую рать и вернулись назад. Отразить нашествие тогда не удалось. Вятка покорилась воле казанского хана, сюда прибыл наместник последнего, и вятчане обещали сохранить нейтралитет. Верность данному слову обеспечивали заложники, увезенные в Казань.

В 1469 г. вятчане, ссылаясь на свой вынужденный нейтралитет, отказались участвовать в новом походе на Казань. Поход для русского войска был удачным: Казань взята, освобождено множество русских, томившихся в казанском плену, в том числе вятчан. Казанский хан для борьбы с московской ратью собрал значительные силы, в составе которых, по сообщениям летописей, оказались и жители «Вотяцкой земли». Есть все основания предполагать, что в сложившейся политической обстановке «Вотяцкая земля» была представлена не только южными, арскими, удмуртами, находившимися в непосредственной зависимости от ханства, но и северными «вотяками». Стало быть, временная зависимость от Казанского ханства распространялась и на коренное население Вятской земли, которое жестоко страдало не только от постоянных набегов, но и насильно вербовалось в ханское войско.

В 1478 г. Ибрагим совершил новый набег на Вятскую землю. Он не смог овладеть вятскими городами, но «села и волости повоевал», перебил множество жителей и многих увел в плен.

В 70-80-х гг. XV в. позиции Московского великого княжества усилились. В 1478 г. было покончено с остатками независимости Новгородской республики, в основном были ликвидированы и удельные княжества. В 1480 г. Русь окончательно освободилась от ордынского ига. В 1485 г. была присоединена Тверь – один из последних оплотов феодальной раздробленности.

В этих условиях попытки руководящей верхушки Вятской земли сохранить остатки независимости были обречены на полный провал. Тем не менее, в 80-е гг. XV в. на Вятке противники Москвы усилились и активизировались. Местные бояре – богатые землевладельцы Иван Аникеев Мышкин, Пахомий Лазарев и Павел Богодайщиков – смогли захватить власть и заставили действовать в своих интересах даже воеводу Константина Юрьева, много сделавшего для укрепления связей с Москвой. Особенно велики были его заслуги в борьбе с Ордой. В 1471 г. он в соответствии с замыслом московского правительства совершил дерзкий набег на столицу Большой Орды г. Сарай с небольшим отрядом вятчан. Основная масса татар в это время была на летних кочевках. Это обеспечило Юрьеву полный успех: разгромив стражу, он ворвался в город, захватил богатую добычу и отправился назад. Этот поход позволил Ивану III расправиться с Новгородом Великим, так как задержал намечаемое ханом нашествие на Москву. Однако в 1485 г. вятчане наотрез отказались участвовать в новом походе на Казань. Иван III послал на Вятку рать во главе с воеводой Юрием Шестаком Кутузовым. Московское войско не смогло взять приступом хлыновский кремль и вернулось ни с чем. Сепаратисты изгнали с Вятки московского наместника. В 1486 и в 1488 гг. они организовали несколько успешных набегов на Устюг Великий и ряд других волостей Московского государства. Попытки митрополита Геронтия вразумить вятчан через увещевательные грамоты не имели результата.

Иван III прибегнул к последней, наиболее радикальной мере. Летом 1489 г. он направил на Вятку 64-тысячное войско из пешей и судовой рати. В состав войска вошли представители многих русских земель, а также коми и казанские татары. Руководство походом было возложено на наиболее опытных и талантливых воевод, пользовавшихся особым доверием Ивана III – Данила Щеню (незаслуженно забыто имя этого полководца!) и Григория Морозова.

Без особых усилий московское войско взяло вятские города Орлов и Котельнич и в середине августа приступило к Хлынову. Осажденные вятчане пытались вступить в переговоры и даже подкупить, как это уже не раз бывало, московских воевод. Однако на этот раз великокняжеские слуги были непреклонны и потребовали незамедлительно выдать предводителей сепаратистов, целовать крест на верность Москве с обещаниями платить дань и следовать воле великого князя. Вначале вятчане отказывались выполнить эти условия, но в конце концов сдались и вывели своих предводителей за городские ворота. П. Богодайщиков, И. Мышкин и П. Лазарев были вывезены в Москву, биты батогами и повешены. Всех рядовых вятчан в короткий срок привели к присяге. Русские жители целовали крест. Коренное население – удмурты, марийцы и другие язычники вкупе с арскими князьями – были приведены «к роте», т.е. к присяге на верность в соответствии с местными обычаями.

В 1490 г. в качестве дополнительной меры для усиления своей власти Иван III распорядился провести «развод» Вятки. Наиболее знатные и влиятельные семьи были перевезены в Москву. Им пожаловали поместья в южных приграничных городах – Боровске, Алексине, Кременце. Таким образом, на них была возложена охрана южных рубежей государства. Вятчане-торговцы были поселены в г. Дмитрове – на водном пути, соединяющем р. Москву с Волгой. Ряд источников свидетельствует в пользу того, что среди вятской знати, расселенной в Подмосковье, были и удмурты. Очевидно, не случайно одно из селений на южной границе Московского княжества называлось Вотяково. Арские князья, оказавшиеся среди «разведенных», были возвращены на Вятку в качестве доверенных лиц великокняжеской власти с особыми полномочиями.

Таким образом, в 1489 г. вместе с русским населением Вятской земли к Московскому государству были присоединены северные удмурты. Военная сила была решающим аргументом при присоединении той или иной территории к Московскому великому княжеству в процессе его разрастания и превращения в Российское государство. Значительнейшая часть некогда самостоятельных русских земель уступили этой силе.

Объективно присоединение к Московскому государству означало прекращение раздоров и смут, ареной которых долго оставалась Вятская земля. Создавалась более благоприятная обстановка для мирного труда пахаря и ремесленника, для дальнейшего развития производительных сил.

Присоединение южной части Удмуртии напрямую связано с ликвидацией Казанского ханства. Это государство, сформировавшееся на развалинах Золотой Орды в 30-40-е гг. XV в., занимало Среднее и Нижнее Поволжье. Наряду с татарами в составе Казанского ханства оказались чуваши, мари, часть мордвы, башкиры и удмурты, которые заселяли периферийные земли, примыкающие к основному ядру. Мысль о том, что подвластные ханству народы были покорены значительно раньше образования Казанского государства булгарами и так и остались в одном государстве, представляется достаточно плодотворной.

Социальный строй Казанского ханства определялся феодальными отношениями восточного типа, которые переплетались с пережитками родового быта. Во главе государства стоял хан, его власть контролировал диван – государственный совет, состоявший из 4 советников (эмиров) из самых знатных родов. Высший слой знати представляли эмиры и беки, имевшие огромные владения и управлявшие одной из даруг (податных округов). Мурзы и уланы (феодалы рангом помельче) имели небольшие владения. Важнейшие государственные вопросы: избрание и низвержение хана, объявление войны – решал курултай (съезд феодалов). Власть ханов была неустойчивой. Постоянная борьба между группировками расшатывала государство.

Основная масса южных удмуртов (аров, как называли их еще булгары) проживала на северо-востоке ханства, в так называемом Заказанье, или Предкамье. Они составляли большинство населения Арской и часть жителей соседней Зюрейской даруги. Центром Арской даруги был один из достаточно крупных и древних городов Арск (Арча), упоминаемый еще в известиях арабских географов и путешественников IX-ХII вв.

Арская даруга была одной из густонаселенных и высокоразвитых в экономическом отношении областей ханства. Князь Андрей Курбский с восторгом описывал ее богатства: «В земле той поля великие и зело преизобильные... хлебов же всяких такое там множество... наподобие множества звезд небесных! Тако же скотов различных стад безчисленныя множества, и корыстей драгоценных, наипаче от различных зверей, в той земле бывающих, бо там родятся куны дорогие и белки, и протчие зверие, ко ядению и ко одеждам потребны, и мало затем далей – соболей великое множество, такожде медов: не вем, где бы под солнцем больши было».

На территории Арской земли располагались владения ханского двора и многих высокопоставленных ханских вельмож. А.М. Курбский во время похода на Арскую землю в 1552 г. был поражен великолепием княжеских дворцов и хором: «...дворцы княжат их и вельмож зело прекрасны и удивления достойны», – писал он.

В управлении коренным населением и в его эксплуатации ханская власть и казанские феодалы опирались на феодально-патриархальную верхушку местного населения, интересы которой были кровно связаны с интересами правящей элиты. Начало тюркизации феодально-патриархальной верхушки относится к булгарской эпохе. Тюркизация продолжалась в золотоордынский период и усилилась в Казанском ханстве. Постепенно «инородческие корни» этой элиты забывались и она начинала выступать в исторических источниках как татарская знать.

Инородческие князья входили в состав признанной знати. Самыми значительными из них были арские князья. Этническая принадлежность последних продолжает оставаться одной из спорных проблем. При почти полном отсутствии сведений о происхождении арских князей все гипотезы остаются достаточно умозрительными. Равное с другими точками зрения право на существование имеет и южно-удмуртская гипотеза происхождения этой группы казанской знати, высказанная еще А.А. Спицыным – известным советским археологом и историком. Эта гипотеза была поддержана М.Г. Худяковым, а впоследствии – академиком С.В. Бахрушиным, считавшим, что арские князья – это отатарившаяся удмуртская знать.

Ни у кого не вызывает сомнений, что в число представителей феодальной верхушки ханства вошли чувашские, марийские, мордовские князья. Логика подсказывает, что удмуртские князья не составляли исключения, и, поскольку булгары, а затем татары называли удмуртов арами, они и именовались соответственно арскими князьями. В сообщениях исторических источников арские князья выделяются в особую от татар «инородческую» группу знати.

Арские князья, как единодушно отмечают исследователи, играли выдающуюся роль в жизни ханства и принимали участие во всех судьбоносных решениях. Их столь заметная роль в политической жизни дает основания предполагать, что Арская земля пользовалась в пределах ханства определенной автономией.

Следующей за арскими князьями ступенью иерархической лестницы, представленной удмуртами, на территории Арской земли были сотные князья – эльйыры. Из среды удмуртов, как и из числа других народов ханства, рекрутировалась и прослойка военных – казаков.

Положение основной массы южных удмуртов – калык (кара-калык – черные люди) было нелегким. Кроме основной подати – ясака, подчиненное феодалам население платило оброк с возделанных земельных участков в пользу хана и его семьи (калан), налог с дома (тютюн сани), подушный налог (салыг), налог на содержание ханских наместников (даругильную подать), запросные деньги и т.д. Денежные платежи дополнялись натуральными повинностями – поставками продовольствия и фуража для войск, проезжающих послов, чиновников, курьеров. Разнообразным характером отличались пошлины: судебная, свадебная, дорожно-мостовая, торговая, за провоз товаров, судовая (с лодок и других судов). Крестьяне также выполняли тяжелые повинности: ямскую (обслуживание подводами ямских станций), постойную, по строительству и ремонту городских укреплений, дорог и мостов. Очень тяжелой была обязательная служба в ханской армии.

Возникновение Казанского ханства означало появление на восточных границах Русского государства еще одного опасного противника. Один из первых казанских ханов Улу-Мухамед уже с 1439 г. совершал набеги на русские земли. В 1445 г. к нему в плен попал сам великий князь Василий  II, что добавило горючего материала в пламя бушевавшей в Московском государстве феодальной войны между князьями «дома Калиты». Власть тогда в Москве перешла к Дмитрию Юрьевичу Шемяке. Улу-Мухамед за огромный выкуп отпустил Василия II в сопровождении эскорта татар. Дмитрий Шемяка, не собиравшийся уступать великокняжеский стол, стал сколачивать оппозицию. Воспользовавшись выездом Василия II в Троицкий монастырь, в феврале 1446 г. сторонники Шемяки схватили его и ослепили.

Между тем в Казани к власти пришел сын Улу-Мухамеда хан Махмуд (Мамутяк), который по традиции, унаследованной от отца, совершил два похода на Русь в 1446-1448 гг., а в 50-60-е гг. установил мирные взаимоотношения с московским правительством.

Война возобновилась после смерти Мамутяка и его сына Халила и восшествия на престол Ибрагима. Попытки передать ханскую власть касимовскому царевичу Касиму, предпринятые московским войском, не дали успеха. Весной 1468 г. шли военные действия на Каме и Вятке. Посланный из Казани сильный отряд взял столицу Вятской земли г. Хлынов. Вятская земля в результате этого похода была присоединена к Казанскому ханству, в город назначен наместник хана. Вятчане обязались соблюдать нейтралитет.

Весной 1469 г. московское войско, состоявшее из двух отрядов, должно было взять Казань в клещи. Воеводы вскоре получили известие о том, что хан Ибрагим собрался на них «со всею землею своею, с Камскою, и с Сыплинскою, и с Костяцкою, и с Беловолжскою, и с Вотяцкою, и с Башкирскою». Очевидно, под «Вотяцкой (Втятской) землей» в сложившейся ситуации имеются в виду все удмурты, не только южные, находившиеся издавна в орбите влияния Казанского ханства, но и северные, входившие в состав Вятской земли.

В 1470 г. между Москвой и Казанью был заключен мир, который в последующие 7 лет не нарушался. Поводом к возобновлению военных действий явился поход казанского хана зимой 1478 г. на г. Хлынов в целях нового покорения Вятской земли. В течение 4 недель казанские отряды разоряли Вятку, взяли много пленных. Московское правительство сочло этот поход нарушением условий мирного договора и весной организовало ответную акцию, завершившуюся установлением мира «на всей воле великого князя».

В 1479 г. хан Ибрагим умер. В 1480 г. после великого противостояния на р. Угре ордынское иго было окончательно ликвидировано. Это обстоятельство развязало руки Ивана III для действий против Казани и более активного вмешательства в ее внутренние дела.

Между тем в Казани сложились и противостояли друг другу восточная (тяготевшая к среднеазиатскому рынку) и промосковская (заинтересованная в развитии мирных отношений и торговли с Россией) группировки. В 1484 г. был совершен очередной поход на Казань, в результате которого промосковская группировка посадила на престол хана Мухамет-Эмина.

В Казани разгорелась династическая борьба между Мухамет-Эмином и прежним казанским ханом Али, которого активно поддерживала восточная партия. Мухамет-Эмин был изгнан и бежал в Москву.

В 1487 г., 9 июля, Казань, осажденная русским войском, пала. Противники промосковской партии вместе с ханом были вывезены в Москву. Над ханством установился русский протекторат, выражавшийся прежде всего в строгой опеке над внешней политикой правительства Мухамет-Эмина, восстановленного на казанском престоле. Однако восточная партия смогла укрепить свои позиции, используя недовольство служилых людей политикой нового хана. Она призвала на ханский престол сибирского царевича Мамука, представителя династии Шейбанидов. В ноябре 1496 г. Мамук взял Казань и начал править самовластно, не считаясь даже с самыми влиятельными представителями восточной партии, призвавшей его на трон. Спустя некоторое время он решил предпринять поход на г. Арск – центр Арской земли, князья которой проявили самостоятельность, и богатства которой очень привлекали.

Можно предполагать, что не только сопротивление грабительской политике Мамука вызвало восстание арских людей. Население Арской земли проявило твердость в своей политической ориентации на Москву, что было вполне естественно в сложившихся обстоятельствах. Как известно, в 1489 г. северные сородичи арских людей окончательно вошли в состав Московского великого княжества, в 1490 г. Иван III пожаловал арских князей, живущих на Вятке и вывезенных, было, в Москву наряду с другими опальными предводителями Вятской земли. Казнив одних и разместив других вятских «больших» людей в Подмосковье, правительство Ивана III сделало исключение только для арских князей. Очевидно, немаловажное значение имела та роль, которая отводилась последним в будущей решительной борьбе с Казанским ханством. Думается, что арские князья, возвращенные на Вятку и щедро пожалованные земельными угодьями, вели немалую работу, с тем чтобы настроить своих южных, казанских, сородичей на промосковскую волну.

Все попытки Мамука овладеть Арском были безрезультатными: «Арские же князи града своего не сдаша, но бишася с ними крепко». Тем временем опомнились и казанцы: они закрыли городские ворота и не пустили Мамука в Казань. Мамук откочевал в свои улусы и по пути умер. Таким образом, восстание арских людей способствовало сохранению московского протектората над Казанским ханством.

Военные действия 1505-1506 гг. прервали длившиеся более 18 лет отношения протектората. Тем не менее, в 1519 г. Казань обратилась к Василию III с просьбой определить кандидатуру нового хана. Им стал касимовский царевич Шах-Али, который проводил достаточно определенную линию, отдавая предпочтение интересам Москвы. Недовольство этой линией привело к перевороту и установлению в Казани власти представителя крымской династии Сахиб-Гирея.

После переворота 1521 г. и воцарения Сахиб-Гирея отношения между Казанским ханством и Московским государством вступили в стадию конфронтации. Поход крымского хана Мухамет-Гирея на русские земли завершился подписанием Василием III грамоты о выплате дани Крыму. Сахиб-Гирей поддержал брата и разграбил окрестности Нижнего Новгорода.

С 1521 г. восточное направление становится во главу угла политики Москвы. Наибольшей опасностью стали Крым и Казань, соединенные тесным союзом. Русь добивается восстановления протектората над Казанью. Летом 1523 г. был организован поход судовой и конной рати на Казань, завершившийся строительством г. Васильсурска на р. Суре, ставшего одновременно и наблюдательным пунктом, и плацдармом дальнейшего продвижения на Восток.

Весной 1524 г. поход русских войск на Казань был повторен. Рассказы источников о событиях похода очень разноречивы. Очевидно, к 15 августа Казань была окружена. Острог и посад были сожжены, но кремль оставался неприступным. Русская армия испытывала огромный недостаток в продовольствии и была вынуждена постоянно отражать набеги татарской конницы и «черемисской» пехоты. Надо полагать, что под «черемисой» имелись в виду не только марийцы, но и удмурты, так как события 1523 и 1524 гг. в значительной мере происходили на территории расселения удмуртов. «Черемиса» опустошила все окрестности и тщательно наблюдала за движением врагов. В результате в лагере наступил голод, а связь с Москвой была прервана.

Переговоры в Москве, на которые в результате похода 1524 г. согласилась Казань, завершились признанием на ханском престоле Сахиб-Гирея. Василию III удалось настоять на переводе ярмарки из Казани в Нижний Новгород. Это событие имело очень важные последствия. Отныне торговый центр Поволжья переносился из Казанского ханства в Россию и Казань теряла свое исключительное экономическое положение на Волжском пути.

С 1524 г. до 1530 г. между двумя государствами продолжались мирные взаимоотношения, подкрепляемые обменом посольствами. Однако напряжение нарастало. Весной 1530 г. переговоры прервались. Начался третий большой поход русских войск на Казань. Военные действия были успешными. Судовая и конные рати соединились и окружили Казань, но взятию города помешал местнический спор между главными воеводами. Представители казанской знати прибыли в русский стан с предложением мирных переговоров. Они дали письменную клятву о том, что «будут во всем неотступны от великого князя».

Осенью 1530 г. в Москву прибыло посольство, которое принесло от имени казанцев присягу на верность московскому государю. Для того чтобы привести к шерти самого хана, в Казань отправился русский посол И.В. Полев. Но Сафа-Гирей отказался принести присягу и не стал отдавать ни пленных, ни пушки, ни пищали, захваченные казанцами. Это грозило новым кровопролитием. Тем временем в Казани произошел переворот. Прибывшие в Москву казанцы попросили поставить ханом Яналея (Джан-Али), находившегося на русской службе, и 29 июля 1532 г. он был торжественно посажен на казанский престол. Над казанским ханством снова был установлен русский протекторат. При Джан-Али постоянно находились советники великого князя, ханство лишилось права вести самостоятельную внешнюю политику. Даже женитьба Джан-Али на ногайской царевне Сююмбике произошла с дозволения московского правительства. Ханство должно было помогать России в ее борьбе с внешними врагами, присылая необходимые воинские контингенты.

Однако смерть Василия III, воцарение в Крыму бывшего казанского хана Сахиб-Гирея, начавшего энергичную борьбу за возвращение Казани в руки династии Гиреев, изменили в корне политическую ситуацию. В Казани 25 сентября 1536 г. произошел государственный переворот. Джан-Али был убит. Казанцы «взяли себе на Казань царем из Крыма» Сафа-Гирея. Состояние войны между государствами возобновилось.

До 1545 г. между Москвой и Казанью шли переговоры, не давшие результатов. Ханские войска при этом продолжали совершать набеги на отдельные русские области. Так, в 1541 и в 1542 гг. они вторгались в пределы Вятской земли и многие вятчане, в том числе и северные удмурты, оказались в ханском плену. Усилилось и общение между вятскими и казанскими удмуртами: многие вятчане приходили в Казань, чтобы выкупить своих сородичей из плена. Этим обстоятельством воспользовались арские князья, возвращенные правительством Ивана III на Вятку в качестве служилых людей великого князя. Они начали активно влиять на умонастроение арян – казанских удмуртов, исподволь укрепляя в них желание оказаться подданными московского великого князя. По-видимому, дипломатическая деятельность арских князей была небезуспешной. В 1542 г. они заручились особой грамотой Ивана IV, позволяющей без опасений призывать во владения Москвы, на Вятскую землю людей «ис казанских мест» – «вотяков и чювашу».

В середине 40-х гг. Русское государство начало решительную борьбу за окончательную ликвидацию Казанского ханства. Весной 1545 г. был организован большой поход: одна рать из Нижнего Новгорода на судах, другая – из Вятки, третья – из Перми тоже на судах двинулись на Казань. Поход не отличался значительными результатами, но он дал толчок для развязки внутренних неурядиц в ханстве. Сафа-Гирей казнил целый ряд видных государственных деятелей. Ненависть к крымцам выплеснулась через край. В январе 1546 г. в Казани произошел дворцовый переворот. Послы к великому князю просили восстановить на ханском престоле Шах-Али.

В июне Шах-Али воцарился в Казани при поддержке русских воевод, но, процарствовав всего месяц, был свергнут Сафа-Гиреем. Начался жестокий террор против сторонников Русского государства.

В конце 1546 г. против Сафа-Гирея и крымцев восстала Горная (правобережная) сторона. Марийский князь – старшина Тугай – со своими сторонниками попросил Москву направить против Сафа-Гирея войско.

Следующий поход на Казань во главе с самим Иваном IV состоялся в начале 1548 г., был он неудачен. Смерть Сафа-Гирея в 1549 г. привела к установлению власти малолетнего сына Утямыш-Гирея при регентстве Сююмбике. Главой правительства стал крымский улан Кошчак.

Русские походы осенью 1549 и зимой 1550 гг. тоже не дали ожидаемых результатов. В ходе подготовки к взятию Казани в 30 км от нее, в устье Свияги, был воздвигнут г. Свияжск, который стал опорным пунктом для дальнейших действий против татар.

Строительство Свияжска, завершившееся в рекордно короткие сроки, стало поворотным моментом русско-казанских отношений и привело к отпадению от ханства всей Горной стороны. Пример чувашей и горных марийцев, мирно, по челобитью вошедших в состав Русского государства, имел воздействие и на население Арской земли. Убедившись, что «горные люди твердо к государю укрепилися», арские люди оценили сложившуюся ситуацию и попытались в реальном направлении воздействовать на политику правящей верхушки: «...и приходила чуваша арская з боем на крымцев. О чем де не бьете челом государю? Пришли на царев двор, и крымцы Кучак улан с товарищи с ними билися, и побили чувашу». После подавления этого выступления многие представители социальной верхушки Арской земли перешли на сторону русских воевод и были направлены в Свияжск.

Положение улана Кошчака и его окружения ухудшалось со дня на день. Крымцы в составе 300 человек решились на бегство. Оставив в Казани семьи, они добрались до Камы, однако встретили здесь заставы из стрельцов и детей боярских. Тогда крымцы пробрались к Вятке, рассчитывая, что смогут беспрепятственно переправиться здесь, в безлюдных лесных районах. Соорудив плоты, они поплыли вниз по течению. Находившиеся в засаде вятчане и отряд казаков напали на них. Многие утонули в Вятке, в плен было взято 46 человек, которых тотчас отправили в Москву. Там их ожидала казнь.

Власть в Казани перешла к сторонникам Москвы. Временное правительство провело переговоры, на которых было достигнуто соглашение о выводе из Казани Утямыш-Гирея с матерью Сююмбике и о замене его на ханском престоле Шах-Али. Однако Шах-Али получил под свое управление только Луговую сторону с Казанью и Арской землей, правобережье Волги с г. Свияжском осталось в ведении России, «понеже государь Божиим милосердием да саблею взял их до челобитиа».

 

Восставшие арские и луговые люди возводят крепость на р. Меше

Планы русского правительства шли значительно дальше тех пунктов, по которым присягали казанцы. Предполагалось, что Шах-Али будет заменен русским наместником, и Луговая (левобережная) сторона тоже отойдет к Русскому государству. Таким образом, намечалось мирное вхождение Казанского ханства на правах автономии.

В феврале 1552 г. в Казань прибыл ближайший советник Ивана IV А.Ф. Адашев. Он потребовал, чтобы Шах-Али впустил в Казань русские войска, а сам ушел к великому князю. Однако Шах-Али попытался воспротивиться вводу русского войска. В результате он вынужден был отречься от престола и выехал в сопровождении русского гарнизона в Свияжск. В Казани 6 марта была провозглашена грамота Ивана IV о том, что он «по казанских людей челобитью» низвел Шах-Али с престола и дал им вместо хана своего наместника князя С.И. Микулинского, бывшего воеводой в Свияжске. «Лутчие люди» были приведены к присяге 7 марта, а 8 марта присягу принимало остальное население. На 9 марта был назначен въезд в город С.И. Микулинского.

Но события приняли неожиданный оборот. Оторвавшись от сопровождения русского наместника, в город первыми въехали несколько татарских князей. Они заперли ворота и заявили казанцам, что воеводы хотят всех их уничтожить. Казанцы заняли оборонительные позиции. Переговоры не дали результатов. Тогда С.И. Микулинский распорядился арестовать направленное к нему для переговоров посольство из влиятельных казанских «больших людей»: князей Худайкула, Долимана с сыном, Чуру Казыева, Богодана (Багаутдина) Арского и др. Воеводы с войском 12 марта возвратились в Свияжск. План мирного присоединения Казани провалился. Казанцы пригласили на престол астраханского царевича Ядыгара (Едигера). Он приехал в Казань весной 1552 г. с отрядом в 500 человек. Вскоре от Русского государства «отложилась» и Горная сторона.

 В августе 150-тысячная армия во главе с самим Иваном IV переправилась через р. Суру и вступила на правобережную сторону Казанского ханства. 23 августа русские воины стали лагерем на Царском лугу под Казанью. Им противостояли около 20-30 тыс. защитников города. Примерно еще столько же воинов собирались на Арском городище (засеке) и нападали на тылы русских войск. Руководство этими силами и операциями было возложено на арского князя Явуша, князя Япанчу и на мурзу Шунака. Действия защитников города и тех, кто укрепился на Арской засеке, были согласованными. По словам А.М. Курбского, как только начинали с высокой башни города махать знаменем, конница Япанчи и Явуша «грозно и прытко» нападала на тылы русских, а из города совершались вылазки. Особенно тяжело приходилось полкам, стоявшим на Арском поле.

 

Восставшие арские и луговые люди сражаются с отрядами стрельцов и казаков

Совет, созванный 30 августа, решил выделить 30 тыс. конницы и 15 тыс. пехоты с полковыми пушками. Удар по силам Япанчи и Явуша был нанесен 31 августа. Многие воины были убиты, пленены. Сформированная армия из 3 полков и с дополнительным отрядом из касимовских татар 6 сентября выступила в поход на Арскую землю. После ожесточенной битвы Арский острог был взят приступом и уничтожен. Разрядная книга 1475-1605 гг. отмечает, что воеводы Арскую землю «воевали 10 дней и арские села и деревни пожгли и многих на все стороны пленили и людей казанских многих побили, а иных многих с собой привели». Плененные здесь 12 арских князей, 7 воевод, 300 лучших сотников и старейшин и 5 тыс. простых воинов для устрашения защитников Казани были казнены перед ее стенами.

После разгрома Арской земли Казань осталась в тесном кольце окружения. Иван IV 1 октября 1552 г. еще раз предложил осажденным сдать город без боя. Получив отказ, он приступил к решительному штурму. Несмотря на героическое сопротивление защитников, 2 октября Казань пала.

В этот же день южные удмурты прислали своих представителей – казаков Шемая и Кубиша с грамотой, в которой просили, «чтобы государь их ...пожаловал, велел ясаки имати, как прежние цари, и прислал бы к ним сына боярского, хто бы им сказал царево жаловалное слово, а их собрал, понеже оне от страху разбежалися». 10 октября в ставку Ивана  IV прибыли «многие арские люди», от имени всей земли изъявившие покорность и намерение платить ясак. Прибывшие были приведены к присяге. Управление Арской стороной было поручено А.Б. Горбатому, возглавлявшему поход на ее территорию в сентябре.

Начатая интеграция народов Поволжья в новую государственную систему была прервана восстаниями, спровоцированными прежде всего поведением оставленных на месте русских правителей. Летопись без обиняков указывает: «Боярам приказал государь без себя о Казанском деле промышляти да о кормлениях сидети; они же от великого такого подвига и труда утомишася и малого подвига и труда не стерпеша докончати и возжелаша богатства...»

 

Иван Грозный направляет к арским людям
посольство во главе с Никитой Казариновым

В декабре 1552 г. воеводы направили отряды для сбора ясака. Злоупотребления сборщиков вызвали многочисленные конфликты, вскоре переросшие в восстание. На Арскую сторону, где действовали «Тугаевы дети с товарищи», были направлены Никита Казаринов и Камай-мурза. Восставшие потерпели поражение, каратели привели в Казань 38 пленных, которые были тут же повешены. В марте 1553 г. по Арской и другим дорогам снова начался сбор ясака. Жители Луговой стороны побили сборщиков ясака и соединились с восставшей Арской дорогой. Объединенный отряд, состоявший из марийцев, татар и удмуртов, занял позиции у Высокой горы, где была Арская засека, и разбил отряды стрельцов и казаков, направленные на их усмирение. В бою было уничтожено почти 900 воинов. Восстание, начавшееся в конце 1552 г., продолжалось, то затухая, то разгораясь, до 1557 г. Значительным его центром стала Арская сторона. Восставших поддерживали Ногайская Орда, Астраханское и Крымское ханства.

В начале 1554 г. военные действия происходили на обширной территории между реками Илеть и Ошеть на западе и Камой с Вяткой – на востоке. Арская сторона была опустошена, только в плен было взято, по сведениям летописей, 6 тыс. мужчин и 15 тыс. женщин и детей. К осени 1554 г. карательные мероприятия развернулись и на «черемисской стороне» по рекам Ветлуга и Рутка. Зимой 1554 г. восстание жителей Арской стороны, казалось, было окончательно подавлено. Его предводители отчасти были уничтожены, некоторые заявили о своей покорности, а многие податные «черные» арские люди принесли шерть русскому царю. Но летом 1554 г. усилилось движение на Луговой стороне, возникла угроза для самой Казани. Направленный против повстанцев отряд под командованием И.Ф. Мстиславского в короткое время опустошил 22 волости и уничтожил селения, расположенные в них. Все пленные были казнены.

Наряду с военными действиями правительственные силы стремились, и небезуспешно, внести рознь в ряды восставших, искусно используя пестроту этнического и социального состава повстанцев. Луговых людей (марийцев) настраивали против арских людей (удмуртов), горных людей (чувашей) – против луговых. Рядовые массы натравливались против предводителей восстания – местных феодалов. Стремясь обезглавить движение, воеводы осенью 1555 г. перебили многих «именитых людей»: князей, казаков, мурз и инородческих сотных князей, захваченных в плен. Перешедшие на сторону русских арские и побережные люди захватили многих повстанцев: «...иных сами побивали, а иных к воеводам приводили, да сами резали их и побивали. А побили их той осенью 1560 пленных людей, князя да мурзу да сотного князя да лутчего казака». Отличившиеся были поощрены выдачей «золотых».

В 1555 г. русской администрации удалось собрать ясак с Арской и Побережной сторон. В начале 1556 г. борьба разгорелась с новой силой. В мае воевода П.В. Морозов предпринял новый поход на Арскую сторону. На р. Меше произошел решающий бой, в котором царские войска встретились с основными силами повстанцев. Последние потерпели серьезное поражение. После этого Морозов еще в течение 10 дней проводил карательные мероприятия: «...все арские места повоевал, побил много людей, полоном вывел безчисленно много, женки да робята, а мужиков всех побивали». Таким образом, производилась «зачистка» непокорной Арской стороны. В июне подобные мероприятия повторились. Арские и побережные повстанцы к осени 1556 г. сложили оружие.

К весне 1557 г. силы восставших были истощены до конца. В мае их посланцы прибыли в Казань и Свияжск бить челом «о своих винах» и просили «учинить их в холопстве и ясаки с них имати, как прежние цари имали». Таким образом, условия, на которых народы Казанского ханства были присоединены к Москве, остались прежними. В Москву от имени Левобережной стороны, игравшей ведущую роль в ходе казанской войны, была направлена депутация из князей Казимира, Янтимира и Каки (Куаки-Ворона?) «с товарищи». Депутация била челом о том, чтобы Луговой стороне быть «навеки» в русском подданстве. По сведениям летописей, царь дал им жалованные грамоты с условиями, как «им государю впредь служить».

 

Князь Кака (Куака – с удм. Ворон)
Рконструкция художника В. Белых

Восстание, не имевшее реальных шансов на изменение политической ситуации в Среднем Поволжье, принесло неисчислимые страдания трудовому люду. В ходе его подавления некогда процветавшая Арская сторона несколько раз подвергалась полному опустошению, погибло огромное число мужского населения, дети и женщины вывозились с ее территории в качестве пленников. Невосполнимый урон понесла верхушка иерархической структуры южно-удмуртского общества. «Мало живых осташася во всей земле Казанской, разве простых черных людей и худых, и немощных и убозех земледелец», – восклицает автор «Казанской истории».

Таким образом, присоединение юга Удмуртии в составе всего Среднего Поволжья завершилось лишь к 1557 г. в ходе беспощадной борьбы с восстаниями народов Казанского края.

Завершение присоединения Удмуртии к Русскому государству, последний этап которого происходил в условиях успешного подавления восстания 1552-1557 гг., не решило противоречий, существующих в социально-экономическом и политическом развитии края и всего Среднего Поволжья. «Замирение» края во многом было внешним, огонь продолжал тлеть. Отдельные источники свидетельствуют о том, что еще в продолжение следующих 6 лет разрозненные отряды татар продолжали беспокоить пределы Казанского края.

Шестидесятые годы XVI в. были относительно стабильными, но следующее десятилетие ознаменовалось новым мощным взрывом народного недовольства. Ливонская война, опричный террор, ссылка многих бояр в Поволжье, наделение их здесь земельными угодьями обострили ситуацию в крае, усилив тяготы народных масс. Активизация христианизации после создания в 1555 г. Казанской епархии также не способствовала стабилизации социально-политической атмосферы.

В 1572-1574 гг. полыхнуло новое восстание. Интересно, что по времени оно совпало со страшными набегами на Москву крымского хана Девлет-Гирея в 1571-1572 гг. Восстание вскоре охватило Горную сторону и перекинулось в Прикамье. Иван Грозный 6 августа 1572 г. отдал приказ «войною ходить и воевать наших изменников, на черемису и на остяков, и на вотяков и на нагаи, которые нам изменили, от нас отклонились».

На подавление волнений правительство отправило отряды из Казани, Свияжска, Чебоксар, Алатыря и Москвы. Строгановым, незадолго до восстания получившим земельные владения в Приуралье, предлагалось «жить с великим бережением», создавать вооруженные отряды из казаков и представителей местных народностей. Одновременно правительство прибегало к испытанному верному средству – внесению раскола в лагерь повстанцев уговорами и путем предоставления льгот. В конце 1573 г. в Муроме было сосредоточено еще 5 полков, готовых выступить против повстанцев.

В начале 1574 г. в Муром начали прибывать представители «казанских людей, татаровя и черемиса» и заявлять о прекращении борьбы. Восстание было окончательно подавлено. Однако продолжающееся усиление податного гнета в условиях тяжелейшего хозяйственного и социально-политического кризиса, охватившего всю страну, стало причиной нового взрыва. Как и ранее, наиболее сильные очаги восстания 1582-1584 гг. были сосредоточены на Луговой стороне. В ходе подавления восстания на Луговой стороне были поставлены новые города-крепости: Царевосанчурск и Царевококшайск. Опираясь на эти города и используя все сосредоточенные в крае войска, в конце 1584 г. правительство справилось с восстанием.

Необходимо отметить, что о событиях двух последних восстаний до нас дошло очень немного сведений, не дающих возможности восстановить картину происходивших событий в деталях. Судя по сохранившимся фрагментам, к 1582-1584 гг. удмурты были настолько обескровлены, что активность их была сведена к минимуму.

Таким образом, в силу геополитического положения присоединение удмуртов к Русскому государству растянулось на длительный период и заняло хронологический отрезок почти в 70 лет. В этом процессе достаточно явственно выделяются три этапа: 1489 г. – завершение присоединения северных удмуртов в составе Вятской земли; 1552 г. – взятие Казани и номинальное присоединение южных, арских, удмуртов; 1552-1557 гг. – «черемисская война», разгром восстаний народов Среднего Поволжья и завершение процесса присоединения удмуртов к единому Русскому государству.

Эти события стали составной частью истории складывания единого государства, далеко не всегда мирной и добровольной. В конце концов, силой к Московскому государству присоединялись и русские земли – Новгородская, Тверская… И данные процессы, при всем интересе к альтернативным видениям истории, все же следует считать неизбежными.

С 1557 г. для удмуртского народа открылась новая страница его истории. Процесс феодализации получил ощутимый толчок извне: удмурты оказались включенными в систему развитых феодальных отношений, характерных для Русского государства. При этом сложившаяся ранее социальная структура этноса была усечена за счет почти полной ликвидации патриархально-феодальной верхушки. На службу Русскому государству перешли очень немногие ее представители, и русское правительство использовало их лишь до полной ликвидации опасности реставрации Казанского ханства.

Окончательное присоединение Удмуртии к России произошло в достаточно сложный момент истории, когда страна переживала экономический, а затем и политический кризис, поэтому прогрессивные сдвиги в развитии производительных сип стали проявляться лишь со второй половины XVII в. К этому времени в основном затянулись и раны, нанесенные разорительными походами, карательными мероприятиями по подавлению восстаний. Начала постепенно восстанавливаться и численность удмуртов.

В результате передвижек, происшедших в ходе казанской войны, когда уцелевшее арское население, оставив территорию Заказанья, передвинулось в лесные массивы Предкамья, ускорилась географическая консолидация удмуртов. Формирование единой этнической территории, укрепление экономических связей в рамках Российского государства способствовали складыванию единой удмуртской народности.

Усиленный приток русского населения вел к расширению контактной зоны, где взаимодействовали культуры русского и удмуртского народов. С формированием этнической чересполосицы хозяйственное и культурное взаимодействие народов углублялось, изменялись в прогрессивном направлении орудия земледелия, расширялся ассортимент возделываемых культур, развивалось огородничество.

Большое значение для экономики формирующейся империи имело приобретение Волжского пути. Территория Русского государства заметно увеличилась за счет хорошо освоенных плодородных земель Среднего Поволжья – «подрайской землицы», по выражению идеолога русского дворянства Григория Котошихина, и богатых природными ресурсами пространств Вятско-Камского междуречья. Удмуртия, находясь в составе этих территорий, так же как и Пермский край и все Поморье в целом, стала материальной базой для снабжения продовольствием и людским резервом в процессе освоения Сибири.

Русское государство с присоединением Вятской земли, Среднего и Нижнего Прикамья и Среднего Поволжья укрепило восточные границы. Огромное геополитическое значение имела ликвидация опасности завоевания этих земель со стороны Крымского ханства и Османской империи. Одновременно с прекращением существования Казанского ханства был сметен последний рубеж, задерживавший продвижение русской колонизации на восток. В XV – начале XVII в. Россия стремительно превращалась в евроазиатскую державу со всеми позитивными и негативными последствиями этого явления. Составной ее частью стала Удмуртия.

Статью к публикации в ХРОНОСе подготовил Николай Пислегин.


Далее читайте:

Удмуртия (Удмуртская Республика, в Российской Федерации).

 

 

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ



ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС