Патнэм Хилари
       > НА ГЛАВНУЮ > БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ > УКАЗАТЕЛЬ П >

ссылка на XPOHOC

Патнэм Хилари

р. 1926

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ


XPOHOC
ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ
ФОРУМ ХРОНОСА
НОВОСТИ ХРОНОСА
БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА
ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ
БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ
ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ
ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ
СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА
ЭТНОНИМЫ
РЕЛИГИИ МИРА
СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ
МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ
КАРТА САЙТА
АВТОРЫ ХРОНОСА

Родственные проекты:
РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ
ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА
ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
ПРАВИТЕЛИ МИРА
ВОЙНА 1812 ГОДА
ПЕРВАЯ МИРОВАЯ
СЛАВЯНСТВО
ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ
АПСУАРА
РУССКОЕ ПОЛЕ
1937-й и другие годы

Хилари Патнэм

Патнэм (Putnam) Хилари (р. в 1926) - американский философ и логик. После защиты докторской диссертации (Лос-Анжелес, 1951) П. - преподаватель в Принстоне, профессор кафедры философии науки Массачусетского технологического института (1961-1965) и профессор математики и математической логики Гарвардского университета (с 1965). Член Американской Академии искусств и наук, национальных ассоциаций символической логики и философии науки, избирался президентом Американской философской ассоциации. Основные сочинения: "Философские записки" (т. 1 - "Математика, материя и геометрия", 1975; т. 2 - "Разум, язык и реальность", 1975; т. 3 - "Реализм и разум", 1983), "Смысл и моральные науки" (1978), "Разум, истина и история" (1981), "Множество лиц реализма" (1987), "Представление и реальность" (1989), "Реализм с человеческим лицом" (1990), "Прагматизм: открытый вопрос" (1992), "Возрожденная философия" (1992, 1993), "Слова и жизнь" (1994) и др.

Основные проблемы философского творчества П. сводимы к следующим: что представляют собой референты абстрактных идей? Может ли "объективность", оставаясь тождественной самой себе, зависеть от духа? Выступая до середины 1980-х представителем аналитической программы в философии, П. впоследствии подверг резкой критике ряд ее принципиальных положений. В работе "Разум, истина и история" П. сформулировал нетрадиционную гносеологическую позицию, обозначенную им как "внутренний реализм" (позже - "реализм с человеческим лицом" и "естественный реализм"). По мысли П.: а) мир не состоит из фиксированного множества независимых от сознания объектов, мы фрагментируем на них мир, вводя ту или иную концептуальную схему; б) истина есть определенный вид идеализированной рациональной приемлемости, критериями которой выступают операциональная применимость, когерентность, простота, внутренняя непротиворечивость и т.д.; в) возможно множество истинных описаний мира. Согласно П., "простота и когерентность, а также другие подобные вещи суть сами ценности... часть нашей целостной концепции человеческого процветания..." Наука предполагает рациональность: "подлинная деятельность по отысканию аргументов о природе рациональности предполагает более широкую концепцию рациональности, чем концепция лабораторной проверяемости.

Если нет фактической истины о чем-либо, которую можно было бы проверить выведением предсказаний, то нет и фактической истины относительно философского утверждения, включая и это данное. С другой стороны, любая концепция рациональности... должна включать также многое из того, что туманно, плохо определимо... Страх перед тем, что не может быть "методологизировано", - это не что иное, как фетишизм...". Истина и рациональность у П. не тождественны друг другу ("опытные ингредиенты конкурируют в познании ... нет ингредиентов помимо тех, что смоделированы концептуальным образом... нет ингредиентов, которые можно интерпретировать, не делая концептуального выбора"). Объекты здравого смысла ("деревья и стулья"), с точки зрения П., суть "образцы реального", в то время как объекты, существование которых обосновывается истинными научными теориями, оказываются предметом соответствующих конвенций. В отличие от электронов и генов, априорных истин в реальности нет. (Согласно П., теория, рассматривающая мир независимо от познающего разума, возможно, и сохраняет сей мир, но исключает возможность понимания, каков он.)

Геометрия Эвклида есть геометрия конечного пространства, как эмпирическая теория она синтетична. Математическое знание подвержено корректировкам, оно "квазиэмпирично". По мысли П., придание смысла процессу становления теорий, их конкуренции, их фальсифицируемости как методу их производства осуществимо лишь в контексте положенности некоей внелингвистической реальности (по отношению к которой язык имеет статус микрокосма): "есть внешние факты, и мы способны сказать, каковы они; но мы не в состоянии сказать, каковы они вне концептуального выбора". С точки зрения П., о "фактах", не созданных нами, допустимо рассуждать каким-то определенным образом лишь после выработки соответствующих языковых средств, сопряженных с ними способов выражения и некоей концептуальной схемы. В русле рассуждений П., необходимо отказаться от "картезианского" представления о природе ментального в качестве некоей сферы взаимодействия между когнитивными способностями человека и объектами внешнего мира. Чувственный опыт не есть пассивная регистрация объектов мира нашим сознанием, он, по П., является "переживанием живым существом в своем опыте различных аспектов мира". П. предлагает поставить мысленный эксперимент: злодей-ученый с помощью суперкомпьютера подает на нервные окончания отделенного от тела человека мозга всевозможные сигналы, создающие у того (мозга. - А.Г.) полную иллюзию реальности. Как возможно, спрашивает П., доподлинно определить, не являемся ли мы все "мозгами в чане"? Или, с другой стороны, если мы - мозги в чане, способны ли мы сказать или попросту подумать о себе как о мозгах в чане?

Очевидно, по П., что возможная истинность этой ситуации делает ее ложной. Согласно П., отношение слов к реальности неоднозначно. Мозг без носителя способен использовать общие с людьми слова, но не может адресовать их к тем же вещам, что и мы. П. утверждает: "Если возможный мир действительно реален, а мы не мозги в чане, то, говоря о ситуации вивисекции мозгов, мы имеем в виду образ "мозги в чане" или нечто подобное (при условии осмысленности). Часть гипотезы о нас как о мозгах в чане предполагает в нас нормальных людей (с другой стороны, быть реально в чане с мозгами не может быть частью галлюцинации). Иначе, если мы и в самом деле суть мозги в чане, то высказывание "мы - мозги в чане" будет ложным. Поэтому подобное предположение не может не быть ложным". По мысли П., данная ошибка кроется в самой теории референтов, согласно которой "лишь некоторые мысленные репрезентации необходимым образом соотносятся с отдельными внешними вещами или типами вещей". П. является одним из авторов "новой теории референции", противостоящей двухкомпонентной трактовке значения (референт - экстенсионал, смысл - интенсионал). В границах данной теории принято полагать, что референция важнейших категорий языковых выражений не определяется и не обеспечивается систематически смыслом как таковым. По мысли собственно П., значение термина несводимо к его экстенсионалу: первое для П. суть "вектор", образованный несколькими компонентами, отражающими различные аспекты использования указанного термина (описание стереотипа, синтаксические и семантические маркеры и т.п.). Смысл термина не принадлежит отдельному человеку, он относится к сообществу тех, кто владеет данным языком. Общее, присущее всем правильным употреблениям, конституирует относительно стабильное "ядро" значения, выступающее "центром конвергенции" для всех исторически изменчивых значений данного термина. Таковая инвариантность фундирует преемственность и сопоставимость в процессах эволюции научной терминологии. Как полагает П., "как хорошо понимал Кант, то, что универсум физиков не учитывает, не включает, пропускает, - это и есть та самая действительная вещь, которая устраивает так, что универсум становится возможным для нас, или создает то, что делает для нас возможным построить этот универсум из наших "чувственных побуждений (стимуляций)" - интенциональной, оценивающей, соотносящей работы "синтеза". Я полагаю, таким образом, что без оценок мы не можем располагать миром, - мы попросту не имеем его".

А.А. Грицанов

Новейший философский словарь. Сост. Грицанов А.А. Минск, 1998.


Патнэм (Putnam) Хилари (P. 1926) - американский философ и логик. Учился в ун-те шт. Пенсильвания и в Гарварде. В 1951 защитил докторскую диссертацию в Калифорнийском ун-те (Лос-Анджелес). Преподавал в Северо-Западном ун-те, Принстонском ун-те, Массачусетском технологическом ин-те; с 1965 - проф. Гарвардского ун-та. Учителями были Г. Рейхенбах, Р. Карнап и У.В.О. Куайн, однако на последующее развитие идей П. серьезное влияние оказали американские прагматисты (Прагматизм) и поздний Л. Витгенштейн. Воспитанный в традициях Аналитической философии и занимавший в ней ведущие позиции, П. с сер. 1980-х выступает с резкой критикой этого философского направления. Философские интересы П. охватывают философию науки и философию сознания, философию математики и философию языка, логику и эпистемологию, метафизику и этику.

На начальном этапе своего творчества П. основное внимание уделял математической логике и философским проблемам математики, физики, квантовой механики, космологии и т.п. Совместно с М. Дэвисом и Дж. Робинсон он внес важный вклад в доказательство неразрешимости десятой проблемы Д. Гильберта. В философии математики П. выступил в защиту реализма против номинализма и конвенционализма. Наряду с У.В.О. Куайном, он разрабатывал идею, что без постулирования существования абстрактных математических объектов (множеств, чисел и функций) совр. наука невозможна в принципе, т.к. без них нельзя сформулировать большинство научных положений и законов. По мнению П., математика, будучи не чисто логическим, а «квазиэмпирическим» исследованием, является подтвержденной в той же степени, в какой подтверждены использующие ее научные теории, а математические объекты относятся к той же категории вещей, что и теоретические объекты. Этот вывод П. обосновывал тем, что проверку опытом проходят не отдельные научные положения, а теории в целом (Дюэма-Куайна тезис). Логика, подобно математике, также не является, согласно П., полностью защищенной от пересмотра в ходе развития науки. В целом в этот период П. стоял на позициях научного реализма, выдвигая в его защиту тот аргумент, что без признания существования теоретических объектов успех науки был бы «чудом».

В 1960-е гг. П. предложил новый подход к решению психофизической проблемы (mind-body problem), получивший название функционализма. В отличие от физикалисткого варианта теории психофизического тождества, функционализм отождествляет психические состояния не с физическими, а с «функциональными» состояниями мозга, которые определяются через их каузальные взаимоотношения с сенсорными входными данными, поведенческими выходными данными и друг с другом. Важной заслугой П. считается то, что он подчеркнул множественную реализуемость функциональных состояний: одна и та же «функциональная роль» может быть осуществлена с помощью разных физических носителей. П. предпринял несколько попыток описать «функциональную организацию» мозга, используя формализмы теории машин Тьюринга, теорию вероятностных конечных автоматов и т.п., но полученные результаты не позволили объяснить качественную субъективность и тинтенциональность психических состояний, а также не учитывали обусловленность содержания мыслей индивида внешними факторами. В итоге в конце 1980-х гг. П. отказался от функционализма, который, тем не менее, остается важным направлением в совр. философии сознания и когнитивной науке.

К экстерналистской трактовке мысленного содержания П. пришел в ходе своих исследований по философии языка. В конце 1960-х гг. П., наряду с С. Крипке и др., разработал «новую», «каузальную», теорию референции. Согласно этой теории, референция таких лингвистических выражений, как термины естественных классов («вода», «тигр», «атом» и т.п.), определяется не «ментальными образами», локализованными в головах отдельных людей, а устанавливается благодаря действию внешних факторов: социального, в силу существования «лингвистического разделения труда», и природного, в силу наличия у членов естественных классов общей внутренней природы. Если социальный фактор означает, что вопрос о референции терминов естественных классов, как правило, решается экспертами в соответствующей области знания, то природный фактор указывает на необходимость каузального взаимодействия между носителями языка и объектами окружающего мира при определении референции используемых ими терминов. Для обоснования своей теории П. предлагает несколько мысленных экспериментов, среди которых наибольшую известность приобрел пример с Землей-Двойником. Вместе с тем П. не сводит значение термина к его референции, а трактует его как «вектор», образованный из нескольких компонентов, отражающих различные аспекты употребления этого термина (синтаксические и семантические маркеры, стереотип и т.п.). В значении термина можно выделить относительно устойчивое «ядро», фиксирующее то общее, что имеется у всех правильных употреблений данного термина. Инвариантность этого ядра обусловливает непрерывность в эволюции значений термина, а в случае научных терминов, которые в большинстве своем являются терминами естественных классов, она обеспечивает преемственность в развитии научных теорий. Этот аспект своей теории значения П. использовал в качестве аргумента против тезиса Т. Куна о несоизмеримости научных теорий.

Размышления над природой референции и теми трудностями, с которыми столкнулся научный реализм, опирающийся на корреспондентную теорию истины (непостижимость отношения «соответствия», возможность эмпирически эквивалентных, но логически несовместимых теорий и др.), заставили П. пересмотреть свою позицию. Обвинив научный реализм в «метафизичности» и выдвинув против него ряд аргументов, ставших позднее предметом острых споров (теоретико- модельный аргумент, аргумент о «мозгах в сосуде» и др.), П. в конце 1970-х гг. сформулировал концепцию «внутреннего реализма», согласно которой истина представляет собой идеализированную рациональную приемлемость и ее критериями служат когерентность, простота, операциональная применимость и т.п. Мир состоит не из множества независимых от сознания объектов, а членится на объекты нами в соответствии с той или иной концептуальной схемой. Свою задачу П. видел в том, чтобы преодолеть в своей новой трактовке реализма такие антитезы, как «объективное-субъективное», «факт-ценность» и др. В работах П. 1980-х гг. стала усиливаться гуманистическая направленность его философии, выразившаяся в требовании «реализма с человеческим лицом». В 1990-е гг. под влиянием идей прагматистов и позднего Л. Витгенштейна П. отказался от внутреннего реализма на том основании, что он непоследовательно соединяет элементы идеализма и реализма, и создал новую концепцию, которую назвал «естественным реализмом» и которая представляет собой вариант непосредственного реализма. П. пришел к выводу, что решить многие философские проблемы можно, лишь отказавшись от господствующей в совр. философии «картезианской» трактовки психического как некоторой области взаимодействия между нашими когнитивными способностями и объектами внешнего мира и рассматривая чувственный опыт как непосредственное переживание организмом различных аспектов мира.

В ходе своей философской эволюции П. изменил отношение к аналитической философии, но если вначале он критиковал ее за метафизичность, то в последующем ее главный порок стал усматривать в том, что она превратилась в занятие для немногих профессионалов, отстранилась от живого диалога с предшествующей философией и утратила гуманистический характер. Определив назначение философии как состоящее в том, чтобы стремиться «спасти» и «освободить» мир, П. в последние годы главное внимание уделяет нравственным и социальным проблемам, занимается возрождением американского прагматизма и исследованием континентальной философии. Важное место в его исследованиях отводится теме иудаизма.

Современная западная философия. Энциклопедический словарь / Под. ред. О. Хеффе, В.С. Малахова, В.П. Филатова, при участии Т.А. Дмитриева. М., 2009, с. 211-213.

Сочинения: Значение и референция // Новое в зарубежной лингвистике. Вып. 13. М., 1982; Как нельзя говорить о значении // Структура и развитие науки. М., 1978; Реализм с человеческим лицом // Аналитическая философия: Становление и развитие. М., 1998; Философия сознания. М., 1998; Разум, истина и история. М., 2002; Mathematics, Matter and Method. Philosophical Papers. V. 1. Cambridge, 1975; Mind, Language and Reality. Philosophical Papers. V. 2. Cambridge, 1975; Meaning and Moral Sciences. L., 1978; Realism and Reason. Philosophical Papers. V. 3. Cambridge, 1983; The Many Faces of Realism. LaSalle, 1987; Representation and Reality. Cambridge, 1989; Realism with a Human Face. Cambridge, 1990; Words and Life. Cambridge, 1994; Pragmatism: An Open Question. Oxford, 1995; The Collapse of the Fact/Value Dichotomy and 

Other Essays. Cambridge, 2002; Ethics Without Ontology. Cambridge, 2004.

Литература: Макеева Л.Б. Философиях. Патнэма. М. 1996; Пассмор Дж. Совр. философы. М., 2002; Clark P., Hale В. (Eds.) Reading Putnam. Cambridge, 1995.


Патнэм (Putnam) Хилари (род. 31 июля 1926, Чикаго) – американский логик и философ. Учился в Гарвардском и Калифорнийском университетах. Преподавал в Массачусетском технологическом институте (1961–65), с 1965 – профессор Гарвардского университета. Считал своими учителями Р.Карнапа и Г.Рейхенбаха, однако в последующем испытал все более возрастающее влияние позднего Витгенштейна и американских прагматистов.

Один из ведущих представителей современной аналитической философии, Патнэм с сер. 1980-х гг. выступает с резкой критикой этого философского направления. Спектр философских интересов Патнэма включает философию и методологию науки, философию языка, проблемы логики, гносеологии, философии сознания и этики, философию реализма. Наряду с С.Крипке, К.Доннелланом и др. Патнэм является автором «новой теории референции», направленной против традиционной трактовки значения как двухкомпонентного образования, состоящего из референта и смысла. Согласно этой теории, смысл не определяет и систематически не обеспечивает референцию важнейших категорий языковых выражений, таких, как имена собственные и термины естественных видов. Однако Патнэм не сводит значение термина к его референту и трактует его как «вектор», образованный из нескольких компонентов, отражающих различные аспекты употребления термина. В значении любого термина можно выделить относительно устойчивое «ядро», фиксирующее то общее, что имеется у всех правильных употреблений данного термина. Инвариантность этого ядра обеспечивает преемственность и непрерывность эволюции значений научных терминов. Направленная против тезиса Куна о несоизмеримости научных теорий, эта концепция Патнэма служила обоснованием научного реализма, предполагающего трактовку истины как соответствия реальности. Однако в дальнейшем в ходе исследования природы референции и отношения соответствия между языком и реальностью Патнэм оказался вынужденным отмежеваться от этого уязвимого для критики («метафизического») варианта реализма и сформулировал новую гносеологическую позицию, названную им «внутренним реализмом» и изложенную в книге «Разум, истина и история» (1981). Согласно «внутреннему реализму», мир не состоит из фиксированного множества независимых от сознания объектов, мы расчленяем мир на объекты, принимая ту или иную концептуальную схему. Истина представляет собой идеализированную рациональную приемлемость, а ее критериями выступают операциональная применимость, когерентность, простота, непротиворечивость. Тесная связь истины и рациональности не означает их тождества, равно как не предполагает трактовку рациональности как некоторого неизменного «органона». Патнэм подчеркивает исторический и обусловленный культурой характер рациональности, которая вместе с тем в каждом конкретном случае функционирует как регулятивная идея. В работах 1980-х г. Патнэм развивает и уточняет концепцию внутреннего реализма, дополняя ее требованием «реализма с человеческим лицом». Теперь уже «деревья и стулья» оказываются для него «образцами» реального, а существование объектов, постулируемых истинными научными теориями, становится вопросом конвенции. Начало 1990-х гг. ознаменовано в творчестве Патнэма созданием новой концепции реализма, которая представляет собой вариант непосредственного реализма и которую он называет, заимствуя термин у У.Джеймса, «естественным реализмом». Патнэм приходит к выводу, что решить проблему реализма можно, лишь отказавшись от господствующей в современной философии «картезианской» трактовки ментального как некоторой области взаимодействия между нашими когнитивными способностями и объектами внешнего мира и истолковав чувственный опыт не как пассивное реагирование сознания на воздействие внешнего мира, а как «переживание в опыте» живым существом различных аспектов мира. К этой позиции Патнэма подвели его исследования по философии сознания. Еще в нач. 1960-х гг. он предложил новый подход к решению психофизической проблемы, который получил название «функционализма». Функционализм представляет собой вариант «теории тождества» – преобладающей методологии в современной философии сознания и когнитивной науке, утверждающей тождественность наших ощущений и восприятий определенным состояниям мозга. В отличие от физикалистского варианта теории тождества функционализм отождествляет ментальные состояния не с физическими состояниями мозга, а с его «функциональными состояниями». Патнэм предложил использовать для описания «функциональной организации» мозга формализмы теории машин Тьюринга. Неоднократные попытки реализовать программу описания ментальных состояний в функциональных терминах, натолкнувшиеся на непреодолимые трудности, убедили его в необходимости поиска иного пути в решении психофизической проблемы, который он теперь связывает с отказом от «картезианского» взгляда на сознание и возвратом к «аристотелевскому реализму без аристотелевской метафизики». Вместе с тем провал метафизического проекта открыть «строение Вселенной», который пыталась реализовать аналитическая философия, свидетельствует, по мнению Патнэма, о «смерти» этого важнейшего философского направления.

Л.Б. Макеева

Новая философская энциклопедия. В четырех томах. / Ин-т философии РАН. Научно-ред. совет: В.С. Степин, А.А. Гусейнов, Г.Ю. Семигин. М., Мысль, 2010, т. III, Н – С, с. 209-210.


Далее читайте:

Философы, любители мудрости (биографический указатель).

Исторические лица США (биографический указатель).

Сочинения:

Philosophical Papers, v. 1–3. Cambr., 1975–1983;

Reason, Truth and History. Cambr., 1981;

The Many Faces of Realism. La Salle, 1987;

Representation and Reality. Cambr., 1989;

Realism with a Human Face. Cambr., 1990;

Renewing Philosophy. Cambr., 1992;

Философия сознания. M., 1998.

Литература:

Passmore J. Recent Philosophers. A Supplement to «A Hundred Years of Philosophy». L., 1985;

Пассмор Дж. Совр. философы. М., 2002;

Макеева Л.Б. Философия X.Патнэма. M., 1996.

Clark P., Hale В. (Eds.) Reading Putnam. Cambridge, 1995.

 

 

 

 

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ



ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС