Тургенев Иван Сергеевич

1818-1883

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

XPOHOC

ВВЕДЕНИЕ В ПРОЕКТ

ФОРУМ ХРОНОСА

НОВОСТИ ХРОНОСА

БИБЛИОТЕКА ХРОНОСА

ИСТОРИЧЕСКИЕ ИСТОЧНИКИ

БИОГРАФИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ

ПРЕДМЕТНЫЙ УКАЗАТЕЛЬ

ГЕНЕАЛОГИЧЕСКИЕ ТАБЛИЦЫ

СТРАНЫ И ГОСУДАРСТВА

ЭТНОНИМЫ

РЕЛИГИИ МИРА

СТАТЬИ НА ИСТОРИЧЕСКИЕ ТЕМЫ

МЕТОДИКА ПРЕПОДАВАНИЯ

КАРТА САЙТА

АВТОРЫ ХРОНОСА

Родственные проекты:

РУМЯНЦЕВСКИЙ МУЗЕЙ

ДОКУМЕНТЫ XX ВЕКА

ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ

ПРАВИТЕЛИ МИРА

ВОЙНА 1812 ГОДА

ПЕРВАЯ МИРОВАЯ

СЛАВЯНСТВО

ЭТНОЦИКЛОПЕДИЯ

АПСУАРА

РУССКОЕ ПОЛЕ

Иван Сергеевич Тургенев

Курляндская Г.Б.

Тургенев и Пушкин

7

«Евгений Онегин», по мысли Белинского, «первое национально-художественное, в высшей степени оригинальное и национально-русское произведение» (VII, 441). Отличая истинную на-

[30]

родность от простонародности, Белинский полагает, что Пушкин показал себя «истинно национальным поэтом» в изображении жизни «образованных сословий». Он сумел представить «нравственную физиономию» высшего слоя общества и найти в его жизни, «наполовину прикрывшейся прежде чуждыми ей формами», национальное содержание. Ведь народность трактовалась Белинским в «высшем значении этого слова», как выражение субстанции народа: «...тайна национальности каждого народа заключается не в его одежде и кухне, а в его, так сказать, манере понимать вещи» (VII, 443).

Онегин и Татьяна сопоставляются прежде всего по их связи с русским национальным содержанием. Г. А. Гуковский убедительно доказал, что культура Онегина и Татьяны, их нравственно-психологический уклад во многом противоположны. Вненародное, вненациональное, следовательно, бесплодное и пустое воспитание Онегина объясняет душевную черствость, индивидуалистическую настроенность светского денди в первых главах романа. Он становится вполне понятен именно в контрастном сопоставлении с Татьяной, демонстрирующей национально-народный тип сознания, душевного склада и потому выражающей норму, идеал пушкинского мировоззрения 1823—1830-х годов. «Татьяны милый идеал» — сказал сам Пушкин в завершающей строфе романа 1.

По словам Белинского, «стихотворный роман Пушкина положил прочное основание новой русской поэзии, новой русской литературы» (VII, 441), что подтверждается прежде всего романами Тургенева, который воплощал «в надлежащие типы» и «ту быстро изменяющуюся физиономию русских людей культурного слоя», который преимущественно и служил предметом его художественных воспроизведений.

Национально-исторический принцип, идущий от Пушкина, становится ведущим для Тургенева. Характеры в его романах выступают национально-своеобразными и конкретно-историческими. В жизни людей «культурного слоя» Тургенев нашел и глубокое национальное содержание. Продолжая пушкинские традиции, Тургенев, как и Толстой, оценивает своих героев-персонажей из дворянской среды в зависимости от их отношений к народу, к его субстанциальному содержанию. Он разбивает своих действующих лиц в романе на две категории по характеру отношения к правде жизни, которое определялось мерой их близости к внутренним национальным основам русской жизни.

Правда становится нормой поведения для положительных героев Тургенева, живущих идеей «общего блага», — Рудина и Натальи Ласунской, Федора Лаврецкого и Лизы Калягиной, Инсарова и Елены, Литвинова, Соломина, Нежданова и Марьянны.

____

1. См.: Гуковский Г. А. Пушкин и проблемы романтического стиля. М., ГИХЛ, 1957, с. 203—204.

[31]

Напротив, фальшивость, искусственность, моральная и социальная порочность, рабское преклонение перед буржуазной европейской культурой, презрение к своему народу, полное равнодушие к судьбам своей страны характеризует представителей господского дворянского слоя — Дарью Михайловну Ласунскую, Пигасова, Паншина, Варвару Павловну Лаврецкую, отца Лаврецкого — Ивана Петровича, генерала Ратмирова и его коллег, Сипягина, Калломейцева и других.

Этот типологический принцип становится определяющим в романе «Дворянское гнездо». Пушкинская традиция, правда в «снятом» виде, здесь ощущается с наибольшей отчетливостью. Он разбивает действующих лиц с учетом содержания той среды, которая своими воздействиями сформировала их характеры.

С одной стороны, Паншин, Варвара Павловна Лаврецкая, Марья Дмитриевна Калитина, а с другой — Марфа Тимофеевна, Лиза Калитина и Федор Лаврецкий. У героев этих двух подразделений различное отношение к родине. Паншин — типичный представитель «государственных» людей, чиновничьей бюрократии, западник-космополит, равнодушен к родине, раболепно преклоняется перед буржуазной европейской цивилизацией.

Варвара Павловна, вся пропитанная парижским воздухом и нравами полу-богемы, не чуждая эстетических влечений, поражает низким уровнем своего нравственного состояния. Им, живущим по законам дворянской среды с ее космополитической культурой и европеизированными формами, противостоят Лиза, Марфа Тимофеевна, Лаврецкий, выражающие народное национальное самосознание. Их объединяет та духовная основа, которую Тургенев назвал в одной из своих статей «крепостью нравственного состава». Все они, русские душою, испытали на себе воздействие народной среды. Лиза воспитана религиозно настроенной няней Агафьей Власьевной, и «след, оставленный ею в душе Лизы, не изгладился». Марфа Тимофеевна и вовсе «прожила целых десять лет у мужика в курной избе». В жилах Лаврецкого текла не только дворянская, но и плебейская кровь. Недаром он требовал «прежде всего признания народной правды и смирения перед нею».

Таким образом, лучшие представители дворянской среды близки к нравственно-поэтическому миру народа, к его верованиям, преданиям, легендам и противостоят той помещичьей среде, которая выступает в своей обыденности, прозаичности, бездуховности. Ценность личности из привилегированного слоя общества определяется степенью ее связи с «почвой», с народом.

Лиза Калитина, как человек глубокой убежденности и устойчивой нравственной воли, имеет предшественницу — тоже русскую женщину, Татьяну Ларину. Тургеневская героиня и пушкинская Татьяна связаны с исконно русской национальной культурой, с народной стихией — именно, этим определяется их нравственная чистота и высокое сознание долга, верность ему.

[32]

Лиза Калитина противопоставлена своему ближайшему дворянскому окружению, как и Татьяна, которая «в семье своей родной казалась девочкой чужой». В речи о Пушкине Достоевский заметил о Татьяне: «Это тип положительной красоты, это апофеоза русской женщины, и ей предназначил поэт высказать мысль поэмы в знаменитой сцене последней встречи Татьяны с Онегиным. Можно даже сказать, что такой красоты положительный тип русской женщины почти уже и не повторялся в нашей художественной литературе — кроме образа Лизы в «Дворянском гнезде» Тургенева» 1.

_____

1. Достоевский Ф. М. Собр. соч. в 10 т. М., ГИХЛ, т. 10, 1958, с. 447.

[33]

Цитируется по изд.: Курляндская Г.Б. И.С. Тургенев и русская литература. Учебное пособие для студентов педагогических институтов. М., 1980, с. 30-33.

<< Назад << К оглавлению статьи Курляндской >> Вперед >>

Вернуться на главную страницу И.С. Тургенева

ХРОНОС: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ В ИНТЕРНЕТЕ

ХРОНОС существует с 20 января 2000 года,

Редактор Вячеслав Румянцев

При цитировании давайте ссылку на ХРОНОС